После происшествия с Лавинией я принялась особенно внимательно вслушиваться в беседы о ней и вообще о запечатывании. Даже в храм пару раз сходила. Здесь это поощрялось: набожность считалась чуть ли не главной женской добродетелью.

После целомудрия, разумеется.

Здание походило на протестантские церкви аскетичностью убранства. Самое яркое во всем храме — цветные фрески. Видно было, что о них заботятся и вовремя реставрируют. Сам же священник себе ни в чем не отказывал, судя по наметившемуся под роскошными шелковыми одеяниями брюшку.

Как ни странно, больше всего о нынешних правилах по поводу магичек я выяснила именно из проповеди.

— Деве должно блюсти себя и не злоупотреблять магическими практиками! — вещал с небольшого возвышения отец Ульвар. — Ибо волшба есть привилегия мужчин, и лишь они способны справиться с сопутствующими могуществу соблазнами и искушениями. Женам же должно сдерживаться, а ежели невозможно то, явиться с покаянием в храм и запечататься. Печать сия сдержит порывы пагубные, а кроме того знак есть одаренности и пользительности. Деву, осененную сим знаком, ждет высочайшая милость и удачное замужество, ибо род магический должно продолжать и возвышать, передавая дар сыновьям!

Для наглядности он вытащил из-за пазухи уже знакомый мне треугольник и продемонстрировал его пастве, ухватив за цепочку и высоко подняв над головой.

У меня от одного взгляда на металлическую гадость забегали мурашки. Как оно работает, мне предстоит еще разобраться, но самое главное — не сорваться и не продемонстрировать ненароком способности. Запечатают ведь из лучших побуждений! Дабы вышла замуж за сильного мага и родила тому выводок одаренных сыновей.

Мечта прям.

Мейстер Уинтроп все медлил, неизвестно почему, его сотрудники кашляли все надсаднее, и я решилась. Развела ладони в стороны, увеличивая площадь действия заклинаний. За спиной взвыл ветер — над концентрацией мне еще работать и работать. У хорошего специалиста, как утверждают учебники, волосок не шелохнётся во время произнесения формулы, вся сила уходит строго по вектору. Моя же пока что разлеталась ошмётками в стороны, заставляя воздух вокруг меня сворачиваться спиралью в небольшой смерч.

Платок слетел с головы, но поправить или удержать его я не могла — руки заняты. Сбить сейчас концентрацию означало начать все сначала, а огонь не любит шуток. И так с трудом, нехотя подчинялся моему воздействию. Воздуха, как ни странно, ему вполне хватало и того, что скопился между комками суховатой земли, и пожар чуть не ушел вглубь, в торфяники. Не хватало еще устроить всему Тормоту эдакое развлечение! Городок заволокло бы гарью недели на две, не меньше, пока все запасы в глубине недр не прогорели бы.

Или пока из столицы не вызвали какого спеца, водного или огненного. Все-таки моей стихией бороться с пламенем не слишком удобно. 

Я поспешно прижала «перчатку» плотнее, старательно обходя ею человеческие тела. Под собой пусть сами тушат, мое дело глобального возгорания не допустить. Выждав минуту, чтобы наверняка все угасло, свернула заклинание и удовлетворенно оглядела почерневшую поляну. Кое-где еще тлели угольки, но вряд ли они разойдутся в нечто опасное.

Справилась!

Кто молодец? Я молодец!

Надрывные перхания шестерых оперативников потихоньку стихали. Копоть неохотно выходила из легких. Не так-то легко прийти в себя после того, как чуть не задохнулся! Знаю не понаслышке, сама не раз попадала под воздействие газовых шашек. Техники не там установят, сквозняк внезапно образуется, и все, занесет сцену так, что наощупь выбираться приходится.

Тем не менее мужчины оказались крепкими, к стрессовым ситуациям готовыми, довольно быстро поднялись, пошатываясь, сначала на четвереньки, а кое-кто и во весь рост, и принялись настороженно оглядываться.

Хорошо, что марево пожарища надежно скрывает мои черты, может и не узнают, кто им помог…

Может, и вовсе не заметят.

Я осторожно, стараясь не потревожить ни уголечка, попятилась под прикрытие ближайших уцелевших кустов.

Самое время делать ноги!

Стоило мне об этом подумать, как порыв налетевшего неизвестно откуда ветра разогнал клубы пепла и сизого дыма, открывая меня во всей красе.

Хотя что значит неизвестно откуда? Очнулся мейстер Уинтроп. Почему раньше не чесался, вот вопрос!

— Ты кто? — дознаватель хрипел и сипел, надсадные приступы не прошли даром. — Как сумела…

Я резко развернулась и бросилась обратно к пансиону.

— Стой! Задержите ее! — неслись мне вслед вопли.

Быстро очухался, ишь как орет!

События развивались совершенно не так, как мне бы хотелось. Я-то намеревалась посмотреть на работу настоящего, профессионального мага, а в итоге пришлось его спасать, еще и сама засветилась! 

Реакция мейстера Уинтропа на мое появление меня не порадовала. 

То ли он решил, что я сообщница преступника, то ли обрадовался наличию у меня дара и жаждал познакомиться поближе.

Оба варианта меня не прельщали.

Похоже, пришла пора воспользоваться экстренным чемоданчиком. То есть котомкой.