– Ладно, после обсудим подробности. Дальше.

– Блуждала, пока не услышала голос императора, – щёки предательски заалели, вспоминать эту часть было особенно стыдно, – он спорил с кем-то. Обсуждал свою избранницу и то, что не собирается ждать, пока его фейри почувствует пару, а просто использует брачный артефакт.

Я запнулась, пытаясь усмирить бушующие эмоции. Эти слова до сих пор набатом били в ушах, заставляя сжимать кулаки от бессильной ярости. Брачные артефакты позволяли превратить одностороннюю связь в двустороннюю, но при этом «ломали» психику избранника, навязывая ему эмоции второй пары.

– Что за бред?! – воскликнула ректор. – Эдмунд давно пытается запретить использование этой мерзости, но Совет сопротивляется. Сам он никогда бы...

– Но я же видела! – с отчаянием воскликнула. – Видела...

– Что ты видела? – Элисандра шагнула ко мне, заглядывая в глаза и я утонула в расплавленном золоте и путаных воспоминаниях...

Обрывки спора, император, стрелой вылетающий из кабинета, фигура в чёрном плаще, тенью следующая за ним... а вот я, ведомая странным зовом прокрадываюсь в кабинет, чтобы украсть кольцо и уничтожить его...

Лишь сейчас, пересматривая всё «глазами» ректора, я с ужасом обнаружила море нестыковок...

Почему Эдмунд оставил кольцо на столе?! Как вышло, что двое сильных магов не заметили меня, да и вообще не догадались накинуть полог тишины? И с чего решила, что именно я пара Эдмунда, если на балу была целая делегация фейри?

Ректор отшатнулась, выныривая из моей памяти. От слабости подкашивались ноги и, если бы подруги не поддержали меня под руки, я бы рухнула на пол.

– Тебя подставили, фиалочка моя, – угрюмо констатировала магесса.

– Что?! Но как...

– Всё, что ты видела, было сложной иллюзией, усиленной эмпатическим воздействием, – задумчиво добавила Элисандра, – А теперь, леди, вопрос на логику. Кто настроил Эльзу против пары? И зачем заставил бросить кольцо в огонь?

Хм... интересные вопросы...

Но на первый, кажется, даже знаю ответ.

– Оборотни-лисы безошибочно чувствуют истинную связь, – ответила я, – а могущественные кицунэ могут выявить парность за несколько дней до того, как её ощутят сами истинные.

– А ещё кицунэ прирождённые иллюзионисты, – добавила Беатриса.

– Верно, – удовлетворённо кивнула ректор, – но вы забыли ещё кое-что важное. Лисьи леди не оставляют магических следов, поэтому поймать такого иллюзиониста-кукловода намного сложнее.

– Кто-то прекрасно подготовился, – вздохнула я, – понять бы ещё, к чему столько сложностей? Ладно бы меня просто устранили и после этого соблазнили императора при помощи сложного приворота...

– А вы на второй вопрос ответьте, – подсказала ректор, – и, уверяю, картина немного прояснится.

Даже в такой ситуации Элисандра осталась верна себе, и устроила нам экзамен!

Но вернёмся к кольцу...

Для активации амулета требовались капля крови или магический импульс. Если же речь шла о механических артефактах, работающих без магии, достаточно было нажать нужную кнопку. Но про активацию огнём я никогда не слышала.

В костёр или курильницу для благовоний целители и алхимики бросали травы или ароматические смеси, но не артефакты. Разве что, это действие носило ритуальный характер?

– Вся магия крови и первое шаманство основаны на выполнении ритуальных действий, – опередила меня Лесли, – возможно, в кольце было какое-то руническое плетение, активирующееся при контакте с огнём?

– Близко, но не совсем, – усмехнулась ректор, – ещё варианты?

– Целительские артефакты! – неожиданно воскликнула Беатриса. – Существуют амулеты, позволяющие обследовать пациента на огромном расстоянии. Для этого больному нужно лишь уколоть палец о специальный шип, и капелька его крови тут же телепортируется на артефакт лекаря, чтобы он мог провести удалённую диагностику.

– Думаешь, им нужна была моя кровь? – ужаснулась я.

– Существует мнение, что имея каплю крови истинной можно изготовить мощнейшее приворотное зелье и подделать парность, – пояснила Элисандра, – конечно, это лишь теория, но...

– Хорошо, допустим, я уколола палец, но не почувствовала из-за магии кукловода, – согласилась я, – но зачем вообще было создавать иллюзию? Меня могли просто выкрасть или...

– Опасность ускоряет развитие привязки, – покачала головой ректор, – Эдмунд сразу бы почувствовал тебя и примчал на помощь. Да и приворожить его после того, как проявилась связь, было бы намного сложнее.

– А так я всё сделала почти добровольно, – понуро вздохнула, – да ещё и следы замела за врагом, когда бросила кольцо в огонь!

– Верно! – удовлетворённо кивнула Элисандра. – А теперь о нестыковках, странно, что Эдмунда сразу не окольцевали приворотом.

– Может, ждали удобного случая? – предположила я.