– Их тела ещё готовят, – ответил оборотень, на миг отвлёкшись от василиска, – учитывая, в каком виде их принесли, для начала нужно понять, где чей пепел, и по кучкам всё расфасовать.

М-да... тяжела и сложна жизнь некроманта! Я-то думала, что он за пару часов уже всех допросит и принесёт нам отчёт, а тут такие трудности...

– К утру справишься? – спросила ректор.

– Надеюсь, но пока ничего не обещаю, – ответил Ингвард, – и мне понадобятся слепки аур подозреваемых и их иллюзорные портреты.

– Зачем? – удивилась я.

– Хочу сопоставить их с фрагментами воспоминаний василиска, – пояснил оборотень, – вдруг что-то совпадёт.

О-о-о-о! Гениально, хотя сомневаюсь, что нам настолько повезёт. Скорее всего, придётся долго и печально проверять каждого из пятнадцати подозреваемых, устанавливать за ними слежку... даже представить страшно, сколько на это уйдёт сил и времени!

– Мои фиалочки сейчас скопируют ауры подозреваемых на магкристаллы и найдут в базе нужные досье, – ответила ректор, подходя ближе и снимая с моей головы бриллиантовую диадему, – а я пока пошаманю над маячком, по которому Алир находил Лауренсию. Хочу проверить одну догадку.

– Расскажете подробности? – оживилась я. – И как вы поняли, где спрятана следилка?

– Я не знаю в каком именно украшении маячок, поэтому проверять буду всё, работая по методу исключения, – ответила Элисандра. – Хотя ставлю на серьги. И кто скажет мне, почему, получит пятёрку по трансфигурации магических предметов.

Ох... награда королевская! Этот предмет ректор преподавала лично и получить по нему пятёрку было сложнее, чем отбиться от голодного тхарга. Только я не особо понимала, какое отношение трансфигурация имела к нашему делу, и судя по вытянувшимся лицам подруг, они тоже...

– А можно понизить награду до четвёрки, но дать подсказку? – с надеждой протянула Беата.

– Нет, – усмехнулась ректор. – Думайте, фиалочки, думайте.

– Сколько у нас подозреваемых? – неожиданно спросил император и, прежде чем наставница успела обернуться, легко коснулся пальцами чешуи на виске и ордена на мундире. – Хочу знать, сколько кристаллов доставать из сейфа.

– Пятнадцать, – отозвалась ректор, окинув меня внимательным взглядом.

Но я шустро взяла эмоции под контроль и прикрыла радость напряжёнными раздумьями. Учитывая, что подсказка была не слишком понятной, особо притворяться не пришлось.

Хотя сам факт помощи от Эдмунда заставляло сердечко биться чаще и верить, что наша истинная связь потихоньку «расшатывает» плетение кукловода. Иначе, с чего бы ему подпитывать меня своей магией и подсказывать?

– Я приготовлю кристаллы и списки гостей, – коротко сообщил дракон.

– Хорошо, а остальным займутся мои фиалочки, – отозвалась наставница и, свернув сканирующую сеть, добавила, – кстати, диадема чиста, словно слеза младенца. Можно переходить к следующему «подозреваемому».

Подойдя ко мне, Элисандра указала на роскошные серьги с розовыми сапфирами.

– Снимай.

Послушно исполнив просьбу, я протянула украшение. И пока ректор проверяла его, вернулась к размышлениям о трансфигурации, маячках и туманной подсказке Эдмунда.

Пока выходило, что вопрос наставницы как-то связан с драконьей ипостасью Лауренсии, иначе зачем императору указывать на чешую? Да и орден на мундире...

Перед глазами неожиданно всплыл образ раненой драконицы, лежащей на носилках. Кровь на снегу, обнажённое тело, прикрытое чьим-то плащом и огромные розовые сапфиры...

– Драконы и оборотни теряют артефакты и одежду при трансформации! – воскликнула, осенённая догадкой. – А на Лауренсии были серьги, которые позже я надела на бал. Ещё в лесу я удивилась, что они сохранились...

– Заговоренные украшения из лунного серебра стоят сумасшедших денег, зато не мешают во время оборота, – пояснила Лесли, – только это правило распространяется лишь на серьги. Браслеты, цепочки и кольца не успевают увеличиться вместе с двуликим и могут стать причиной переломов.

– Подождите! – встрепенулась Беата. – Если маячок в серьгах, и его действительно ставил отец Лауренсии, почему не помог с поисками?! Он же легко мог отследить её перемещение!

– Согласна, – кивнула я, – король мог и не рассказывать нам про сговор с Алиром, просто упомянуть, что в одном из украшений принцессы следилка.

– Верно мыслите, фиалочки, – хмыкнула ректор, набрасывая на украшение ещё одно плетение.

Серьги полыхнули алым, а через миг в одном из сапфиров проступила грязно-зелёная паутинка, главный опознавательный знак орочьего шаманства...

– А вот и наша пакость! – победоносно воскликнула наставница. – И какой вывод напрашивается из всего этого?

– Этот маячок устанавливал не король, – прошептала я, сглотнув вязкую слюну, – скорее всего, телохранительницы или одна из служанок украли серьги, а после того, как враг вплёл в украшение сигналку, вернули их на место. А затем кукловод воздействовал на Алира, прикидываясь королём.