— Ладно тогда. Без чаю — так без чаю… — пробубнил Эйнштейн и вернулся на свое место. — Значит, ты хочешь неофициально. Что ж, это возможно, — его взгляд вдруг стал особенно острым и совсем не стариковским. — Ты смотрела сериал «Столик в углу»? — спросил он.

Что?! Я чуть не упала со стула. «Столик в углу»? Сериал малоизвестный. Минисериал не для всех. Без спецэффектов и раскрученных актеров. Но очень хороший. С мистическим сюжетом.

И я его смотрела.

Но то, что его смотрел пожилой дядя Эйнштейн — просто невероятно!

— Да, я его смотрела. Один из любимых, — ответила я.

— О, отлично! Тогда поймешь, о чем я! — обрадовался Эйнштейн и по-стариковски мелко захихикал. — Помнишь, там герой сидит со своей волшебной книгой за столиком в кафе, к нему приходят люди — каждый со своим желанием. И он, глядя в книгу, говорит «Что же… это возможно. Для этого вы должны…» — и сообщает им, что они должны сделать, чтобы их желание сбылось. Ты хочешь зачтенный экзамен. Даже пять, наверно, хочешь. Да? Считаешь, что заслужила, а старый Бориска тебя заваливает несправедливо. А нужно тебе это, чтобы остаться в Университете. Понимаю. И скажу тебе так: это возможно. Для этого ты должна…

— Ммм… Что я «должна», Борис Семенович?

Старик искоса странно посмотрел на меня. Видимо опасался, что я прямо сейчас вскочу и убегу. Потом выдохнул:

— Подарить мне два месяца своей жизни.

Моя челюсть отвалилась сама собой и запрыгала по полу. Я вытаращила глаза на Эйнштейна.

Так выходит он сумасшедший?! Ищет секрет вечной жизни? Высасывает ее у студентов (в смысле, думает, что высасывает!), чтобы подольше протянуть самому?

Мне представилось, как я подписываю договор кровью «два месяца своей жизни я отдаю товарищу Эйнштейну в обмен на экзамен по квантовой физике». А потом, когда-нибудь, живу на два месяца меньше положенного мне Всевышним.

Потрясающе! На несколько секунд я просто зависла, не зная, как реагировать.

— Кгм…— видимо старый профессор оценил выражение моего лица. — Да не беспокойся ты, Анечка! Я не вампир, высасывающий жизнь из наивных студентов и студенток. Точнее будет сказать: я предлагаю тебе пожертвовать два месяца своей жизни на благо отечественной науки. Ты молодая, ничего страшного, если два месяца как бы выпадут из твоей жизни.

— Я вас не понимаю, Борис Семенович! — искренне сказала я.

Мне уже хотелось схватить сумочку и убежать, несмотря на поправки, внесенные им в последних фразах.

Но было и другое чувство — любопытство. Вот прямо зазудело под кожей, что он имеет в виду. Наверно, это чувство и заставило остаться на месте и ждать продолжения странного «сюра».

— Так сейчас я тебе все объясню! — видя, что я все еще тут, обрадовался Эйнштейн. — Понимаешь ли, Анечка, мне удалось достичь большого прогресса в понимании квантовых процессов, протекающих в нашей Мультивселенной…

Ах да, вспомнилось мне. Эйнштейн ведь апологет теории Мультивселенной, столь популярной в наше время.

А гласит теория, что Сущее состоит не из одной Вселенной (ну или мира), а из многих. Поэтому и «Мульти». Сейчас кучу объяснений и обоснований этому придумали. Некоторые из них как раз из области квантовой физики, как, например, «теория бран», из-за которой я не смогла сдать Эйнштейну экзамен.

Раньше другие миры были прерогативой фантастической литературы. А теперь еще и науки. И некоторые вполне серьезные ученые этим занимаются.

— Так вот, Анечка… — продолжил «сумасшедший профессор». — Мне удалось создать прибор. Смотри, эта призма… — он пошарил рукой на дальнем конце стола и взял большую яркую призму, отливавшую разными цветами радуги. Прибор она мало напоминала, скорее просто цельнокроеный кусок стекла. — Она помогает человеку совершить квантовый скачок в другую Вселенную нашей Мультивселенной. Можно сказать — в другой мир! Сегодня как раз подходящий день. Я и предлагаю… — Эйнштейн опустил глаза, видимо, ему все же было неудобно предлагать студентке заведомый бред, — тебе отправиться на два месяца в другой мир. По моим расчетам, время там ведет себя по-другому. Ты проведешь там два месяца, а потом квантовые процессы потребуют твоего возвращения. Перед тобой откроется «портал», и ты сможешь вернуться. В это место и в этот же момент времени. Получается, ты проведешь два месяца в другом мире, а в этом — потеряешь их. Но в твоем возрасте это еще не страшно. Твоя задача — провести там время, а потом изложить мне, что было. Особенно важно — как именно прошел переход.

Все ясно, подумала я. С каждым его словом мне становилось все спокойнее и яснее.

Эйнштейн и верно сумасшедший. В смысле Борис Семенович сумасшедший, про Альберта ничего не могу сказать.

Может, он всегда был такой. А может, сошел с ума к старости. Бывает ведь и деменция, и старческая шизофрения. Или Альцгеймер какой закрученный!

Дедок любит не только науку, но и фантастику. Начитался всякого разного, вот его бред и принял именно такую форму.