Не без труда выбравшись из клумбы, лорд трясущимися руками одернул сюртук. Вид у него был потрепанный – весь в земле, зато за ухом торчит сиреневый цветок. Милота.

Надо отдать старику должное – он быстро взял себя в руки.

– Милая зверушка, – пробормотал он. – Если желаете, чтобы он жил с нами, Фелисити, я не возражаю. Ваше счастье для меня на первом месте.

Крепкий орешек. Но ничего, не с таким справлялись.

– Мне нравится ваш настрой, – похвалила я. – Тогда со мной еще переедут: живой плотоядный цветок, метелка, рукастая вешалка, капельку агрессивный гребень…

Я перечисляла, а глаза лорда Нивелла расширялись. А тут еще дерево за его спиной задвигалось, удивив даже меня. Я пока не успела изучить сад, но, похоже, Фелисити частенько здесь прогуливалась и трогала… всякое.

Протянув ветру, дерево смахнуло пылинку с плеча лорда, и тот от неожиданности шарахнулся в сторону, но далеко не ушел. Дерево оказалось на редкость дружелюбным. Обвив лорда ветвями, оно притянуло его к стволу в подобие объятий.

Кажется, это плакучая ива. Или что-то похожее на нее. Я не сильна в ботанике, особенно в иномирской. Надо спросить у садовника. Интересно же, что Фелисити оживила.

Пока я спокойно рассуждала, лорд Нивелл боролся за жизнь. Гибкие ветки опутали его подобно веревкам, бедняга бился из последних сил. В ход шло все – руки, ноги и даже зубы, ими он выгрызал себе путь на свободу.

В итоге лорд вырвался, правда, потерял в неравном бою вставную челюсть. Она так и болталась на одной из веток. Цветка он тоже лишился, зато теперь был весь в листьях.

– Што это было? – выплевывая листья изо рта, спросил лорд. То ли из-за листьев, то ли из-за потери вставной челюсти, он начал шепелявить.

– Ива просто любит обнимашки, – пожала я плечами. – Мы, конечно, заберем ее с собой. Кто будет ее обнимать, если я уеду? Да и вы ей явно приглянулись.

Тут даже магия жизни не помогла, при мысли об объятиях дерева лорду стала дурно, и он решил присесть. Но вместо скамейки случайно плюхнулся на живой пуфик.

Естественно, Пуфу это не понравилось. Он – питомец, а не какая-то там мебель! Тот, кто думает иначе, горько об этом пожалеет.

Вот и лорд Нивелл пожалел. Пуф взбрыкнул, сбрасывая с себя наглого наездника. Лорд устоял на ногах лишь из-за дерева, которое поддержало его веткой под локоть. Но что-то благодарным он не выглядел.

– Пуф не любит, когда на нем сидят, – заметила я.

– П-рофу профения, – пробормотал лорд, приглаживая растрепанную шевелюру. Все же причина шепелявости в потери вставной челюсти.

– Чуть не забыла, – стукнула я себя по лбу, решив, что пора добивать старика. – Хочу представить вас Рыку.

– К-кому? – теперь лорд еще и заикался. Раньше я за ним такого не наблюдала.

– Горгулья, – улыбнулась я. – Разумеется, живая.

Услышав свое имя, Рык отреагировал именно так, как я ожидала – явился. Буквально рухнул с неба каменюкой. Летал он все лучше, но вот посадка еще плохо ему давалась. Нам с лордом пришлось отскочить в разные стороны, иначе бы Рык просто снес нас крыльями.

– О, ты не одна, – улыбнулся горгул во все свои десять кривых каменных зубов. – Приятно познакомиться.

– Фто это? – прошептал лорд Нивелл.

– Кто, – поправила я, выглядывая из-за плеча Рыка. – Это мой горгул.

– Он тоже будет шпать ш нами?

Я покосилась на Рыка. Тут, пожалуй, я пас, но лорду Нивеллу необязательно об этом знать.

– Как пойдет, – пожала я плечами.

– Фы фсе это шоздали шами? У ваш чудовищная фантазия, Фелишити Мэншфилд!

– Благодарю за комплимент, – улыбнулась я. Это ведь был он, да?

– Да фы шами чудофище!

– Ну что вы, я всего-навсего женщина, – отмахнулась я. – Слабое беззащитное существо… от которого невозможно спастись.

Рык все же умная статуя, быстро сообразил, что мне требуется помощь в изгнании жениха, и провел, так сказать, обряд экзорцизма. Расправив крылья, он шагнул к лорду:

– А ты кто такой? – сощурившись, поинтересовался он. При этом выглядел, как гопник на районе. Если ответ не понравится, может и в морду дать.

– Же-же-ж, – не мог выговорить лорд свой статус.

– Осторожнее, – предупредила я. – Рык очень ревнив! Не дразните его.

Лорд Нивелл дернул горловину сюртука. Кажется, ему не хватает воздуха. Я уже собралась поинтересоваться не подать ли ему водички, как он, наконец, выговорил:

– Же-желаю фам хорошего дня, а мне пора.

– Уже уходите? – удивилась я. – Как же ваше предложение?

– Отменяется! – выкрикнул лорд Нивелл на полпути к калитке. – Оно того не штоит.

Я вздохнула. Был жених – и нет жениха. Все, что от него осталось – вставная челюсть, болтающаяся на ветке…

Быстро же он сдался. Даже немного обидно, что лорд предпочел мне артрит, но тем лучше для нас обоих.

Ради здоровья лорд Нивелл был готов рискнуть многим, но только не жизнью. Все логично. Мертвому здоровье ни к чему. Я рада, что он оказался достаточно сообразительным, чтобы это понять.