Время истекает. Волшебство кончается, карета превращается в тыкву. Я чувствую, как по ногам словно ударяет плеть, и они подкашиваются. Я лечу на холодный мраморный пол, выставляя вперёд руки, которые пока ещё действуют. Удар. Лежу лицом вниз на ледяном мраморе и больше не чувствую тела ниже шеи. Лишь по виску, которым ударилась, течёт горячая кровь, и я не могу её остановить. Чувствую беспомощность. В груди прокатывается горькая волна отчаяния. Вокруг кромешная темнота. Я проиграла.

Хочется плакать. Что теперь сделает со мной дракон?

Раздаются тихие семенящие шаги, и я решаю подождать реветь. Это кто-то лёгкий, точно не дракон. Может, он мне поможет? Шаги затихают за спиной, а по полу разливается луч света. Я рада бы повернуться, но не могу.

— На тебя была такая большая надежда, Таня, ты даже не представляешь, — раздаётся знакомый голос моего духа.

Женский, звенящий сталью, холодный и злой.

— Ты не справилась, — женщина переворачивает меня, сдвигает от лица прилипшие пряди и, приподняв мне голову, подносит к губам пузырёчек. — Пей быстро!

Её глаза сверкают опасностью в призрачном свете магических лучей, лицо перекошено гневом и страхом. Голос звучит в приказном тоне, но я не привыкла пить всякую гадость, и пытаюсь отвернуться.

— Не буду!

— Пей! Тебе же будет легче, Танечка! Если попадёшь в руки Каана, тебя ждёт долгая мучительная смерть. Предательство главнокомандующего императорской армии, второго лица государства, карается страшной казнью. Кража родовой силы дракона — самое большое преступление!

— Я же ничего не сделала, не забрала у него…

— Но хотела. Он допросит тебя и узнает, что ты хотела сделать. Узнает, что ты, простая человечка из немагического мира, хотела скрыться с его силой — тебя будут разделять по кусочкам на главной площади. Пей, он уже идёт, — женщина грубо суёт мне в губы пузырёк.

Горькая настойка обжигает язык и нёбо. Я стискиваю зубы и пытаюсь не глотать, но женщина затыкает мне нос, и я проглатываю зелье глоток за глотком.

— Вот и умница, через минутку ты уснёшь вечным сном, больно не будет, обещаю, — женщина вытирает мне губы, вкладывает пузырёк в мою ладонь и уходит в портал, закрывшийся за ней следом. Снова становится темно.

Чувствую, как немеет язык и веки наливаются свинцом. Бешеное биение сердца замедляется, как будто я и правда сейчас усну. Моргаю, но с каждым разом всё тяжелее разлепить глаза. Размыкаю веки и вижу стремительно приближающуюся массивную фигуру генерала.

6

Я различаю только его силуэт, выхваченный во тьме далёкими огнями анфилады. Меня окутывает горький аромат миндаля, и тёплые руки приподнимают мою голову. Несмотря на опасность, близость дракона рассеивает страх и согревает мне душу, ведь я думаю, что сейчас умру, и он единственный, кто рядом, пусть даже собирается меня допрашивать и, возможно, пытать.

— Ты не тайли. Кто ты такая? — шепчет хрипло дракон, наклоняясь над моим лицом. — Что с тобой?

Его голос вовсе не злой, как я ожидала, а встревоженный. Я чувствую тепло его дыхания на лице и волнение в прикосновении пальцев.

Интересно, кого он сейчас видит? Магия больше не действует, и моё лицо больше не такое миленькое, как у восемнадцатилетней. Волосы не такие густые и блестящие. Я снова та женщина-инвалид с дряблыми мышцами, которую бросил из-за болезни муж. Дракон вот-вот поймёт, кто я, и разозлится, ведь я даже вешу легче килограмм на десять.

— Отвечай, что с тобой? — генерал встряхивает меня за плечи и склоняется ниже.

Я вижу его глаза, наполненные тьмой, и тьма его светится, словно фосфор.

Губы генерала так близко. Корю себя, ведь я могла поцеловать его, когда была возможность. Могла стать здоровой. Но теперь всё для меня потеряно, я даже пошевелиться не могу. Неудачница.

Слеза катится по моей щеке.

— Яд… — шепчу беззвучно, одними губами. — Я не хочу умирать…

Дракон ощупывает моё тело, раскинутое на полу, и обнаруживает пузырёк рядом с ладонью. Он всё понял. Ловлю его взгляд в полумраке: тьма в глазах зло мерцает всполохами, и воздух снова гудит от напряжения его тёмной силы.

Я делаю последний вдох и перестаю дышать. Яд блокирует дыхание.

— Я не дам тебе погибнуть! — Дракон резко склоняется ко мне и касается губ поцелуем.

От испуга я замираю. Его язык врывается внутрь, и вместе с ним в меня втекает мощный поток силы. По венам течёт тепло. Я снова могу дышать! Вновь чувствую свои руки, спину и ноги — каждый пальчик! Ещё чувствую, что мне очень холодно. Начинаю дрожать. Руки генерала подхватывают меня с пола, прижимают к себе и обнимают, подкладка его толстого плаща щекочет мехом шею. Он снова целует меня, видимо, чтобы наверняка, и поцелуй его мне невероятно нравится, я отвечаю, тяну руки к его суровому лицу, обнимаю за плечи. Долгие влажные касания пробуждают чувственность с особой остротой. Мгновение назад я погибала, но теперь жива, я буду жить! И целую дракона горячо и благодарно.