— Хранитель? — позвала я духа.

— О, проснулась? — удивился он, словно при таком шуме вообще кто-то может спать. — Да все нормально, там твой подопечный решил расставить горшки с цветами на свой вкус, да наткнулся на питомца Хлои. Вот, отбивается. — В этот момент раздался очередной грохот. Я собралась уже рвануть на выручку, когда была остановлена насмешливым: — Ой, да ничего ему не будет. Самое страшное уже произошло — его подняли. А ты, раз уж проснулась, приводи себя в порядок, завтракай и принимайся за работу.

Сама проснулась, как же! Но спорить не стала. Я так вымоталась прошлой ночью, что и думать забыла про еду, но при одном лишь упоминании о завтраке мой желудок взбунтовался.

Приведя себя в порядок, вышла из комнаты и глазам своим не поверила — Рюрик сражался с растением, отбиваясь от него с помощью какой-то палки. На полу лежал разбитый горшок. И судя по тому, что скелет уже был почти полностью спеленат корневищем, а огромный бутон то и дело норовил заглотить черепушку, — этот бой Рюрик проиграл. Стоило об этом подумать, как скелет перехватил главный стебель цветка и впился в него зубами, после чего ослабившее хватку растение тут же было отброшено в сторону.

Мой новый друг с видом победителя погрозил кулаком поверженному врагу и повернулся ко мне, чтобы в ту же секунду упасть на колени, схватившись за сердце с видом умирающего.

Хранитель заржал.

— Так чем он при жизни занимался, говоришь?

— Законодатель моды. Непризнанный. — Рюрик встал с пола, приосанился и кивнул, словно представившись. — Что с ним делать — ума не приложу.

Его бы в жюри на показ мод.

— Вот ведь учить тебя и учить! — вздохнул дух, кажется окончательно смирившись со своей участью. — Давай думай. Зачем некромантам знать, кем был при жизни покойный? На кладбищах добровольцев ведь не только таблички подписывают, но и ведут специальный реестр, с помощью которого можно найти именно того, кто тебе нужен. Добровольцев практически не используют для ритуалов — так денег не напасешься, слишком уж затратно. Разве что тех, кто при жизни был одаренным. Тогда да, их кости напитаны остаточной магией. Но чаще всего добровольцы — это обычные люди, которых используют после смерти как помощников в самых разных сферах.

— То есть Рюрика можно использовать по назначению?

— Именно.

Так-так-так! Какая удача, однако!

Наверное, в моем взгляде промелькнуло что-то хищное — Рюрик буквально отшатнулся, пока я мысленно составляла список вещей, из которых будет состоять базовый гардероб.

— Я тебе больше скажу, — продолжил хранитель, — в замке есть уже оборудованная мастерская.

Эта прекрасная новость взбодрила лучше всякого кофе!

Нет, ну надо же, как подфартило! Правильно говорят, нет худа без добра — вчерашнее фиаско обернулось таким приобретением!

— Веди! — тут же приказала я, позабыв о еде. Ничего, от голода не умру, разве что похудею. А вот если мне еще хоть один день придется носить это зеленое убожество — моя психика может не выдержать!

И, схватив опешившего Рюрика за плечевую кость, рванула вперед, следуя указаниям веселящегося духа.

Мастерская была расположена черт-те где. Чем дольше мы шли, тем отчетливее я осознавала, что замок рода Варгас представляет собой целый комплекс зданий со множеством коридоров, поворотов и переходов, на исследование которых может уйти не один день. Ночью мне не удалось рассмотреть место, владелицей которого я стала, — слишком была утомлена. Разве что подивилась тому, насколько велики расстояния между схронами. А вот сейчас уже можно было смело заявить: даже будь у меня подробный план, без помощи хранителя я, без сомнений, заблужусь при первом же повороте.

Интересно, сколько людей здесь проживало в лучшие времена?

— Пара сотен, — тут же ответил хранитель. Я чуть воздухом не поперхнулась. Сколько-сколько? — Наш род был вторым по силе и численности после Блэкденов. А сейчас… от наших родов не осталось ничего. Лишь громкие фамилии. — На языке крутились десятки вопросов, но пришлось их отложить на потом, едва дух сообщил: — Пришли.

Мастерская была просторной, светлой и… пыльной. Рюрик даже чуть толкнул меня, замершую в проходе, чтобы протиснуться внутрь. И буквально закружился по комнате, не зная, к чему кинуться в первую очередь: к одному из десятка манекенов, к непонятного назначения станку или рулону ткани. Впрочем, это не мешало ему от переизбытка эмоций театрально хвататься то за «сердце», то за голову, показывая всем своим видом, что он попал в рай.

— Видимо, душа этого человека оставила после себя мощный энергетический отпечаток, — слегка ошарашенно проинформировал хранитель, как и я, впечатлившись реакцией скелета. — Вот она, творческая личность.