— Угу, — пробормотала я, раздумывая, что означает «ещё две сессии». Могу ли я переодеться в привычные джинсы или всё-таки нет?

— Отлично, тогда я одну сессию ставлю через двадцать пять часов, вторую — ориентировочно через пятьдесят. Я переживал, что у вас может что-то болеть, всё-таки процедура на укрепление костей и ускоренное усвоение организмом минимума полезных микроэлементов весьма специфична.

— Спасибо, — машинально поблагодарила. Вкупе с тем, что, по большому счёту, в травмах виновата я сама, стало неуютно с морально-этической стороны. — А сессии точно нужны? У меня ничего не болит и практически и не болело. Так, только в момент удара виском вспышка промелькнула, а так бы я сказала, что просто неудачное падение, ничего серьёзного…

— Как? У вас ничего не болело?!

Кажется, своим заявлением я потрясла Бланка. Вдруг вспомнилась фраза Ивеса «я купировал её боль как мог, но надолго не хватит». На подкорке забрезжила мысль, что это всё связано друг с другом.

«Нет, ну это бред чистой воды…»

— Адам, а мог кто-то из офицеров помочь мне?

— Вы хотите узнать, могли ли лейтенанты оказать медпомощь на месте? — Док явно не понял моего вопроса. — У ларков слюна имеет регенерирующие свойства, конечно, но уж поверьте, Раадши-Харт сотрясение мозга точно не вылечил бы.

«Может, я залижу её рану на виске?»

— Нет, я имела в виду, мог ли кто-то из них оказать воздействие… ну, чтобы забрать боль?

— Вы имеете виду бета-колебания цваргов?! — Чешуйки на лице дока возмущённо встопорщились, жабры набухли и порозовели.

Я осторожно кивнула, понятия не имея, что имею в виду.

— Технически Ир’сан мог это провернуть, однако я уверен, что мундир ему дороже. Это же воздействие какого уровня должно было быть?! У вас, Кристина, не царапина на коленке оказалась, а сломанное ребро! — Док с шумом достал чемоданчик и принялся складывать туда препараты. Перепончатые пальцы слегка подрагивали. — Ир’сан — старинный род, Ивес прекрасно знает законы Цварга и не стал бы их нарушать. Определенно, нет! Да и для такого цваргу нужно непрерывно касаться объекта. Вот скажите, вы из шахты самостоятельно шли или он нёс вас? Может быть, он держал вас за руку?

— Сама, — пробормотала я, вспоминая пляшущие хвостатые тени, показавшиеся мне сюром, и как ловко Ивес открыл дверь в шаттле.

А ведь хвост — это тоже конечность…

«Непрерывно касаться объекта».

Если в шахтах лейтенант Ир’сан незаметно положил свой хвост на мою поясницу, то всё сходится. До этого он меня поймал, а уже на парковке действительно взял на руки. Ещё позднее был укол…

— Значит, у вас просто травматический шок был, вот вы боли и не чувствовали. Особенность организма, — успокаиваясь, примирительно резюмировал док. Он захлопнул чемоданчик и направился к выходу из каюты.

Я вовремя опомнилась:

— Адам, подождите! А что с поступлением в Академию?

— А что с ним? — Мужчина в халате пожал плечами. — Кристина, вы ещё пятьдесят часов проведёте в медбоксе, а дальше свободны как астероид в космосе. Делайте что хотите.

Дверь за доком бесшумно встала в паз, а я перевела взгляд на коммуникатор и схватилась за голову, увидев с десяток пропущенных звонков: частично от Руслана, Лёвы, Жоры и Толика, но большинство от мамы. О-о-о…

Глава 4. Совет адмиралов, мамочка и детки

Лейтенанты Ивес Ир’сан и Хальгард Раадши-Харт

— Объясните, как это могло произойти?! Как, швархова мать, я спрашиваю?! Оператор горячей линии доложила, что захухря попала под обвал на ШС-735 и чудом не пострадала! Всё, что от вас требовалось, — добраться до планетоида, вызволить девушку и вернуть на родную планету! Всё!!! Вместо этого мне приходит рапорт, что контуженая гражданская лежит туточки в спасательном яйце! Вы желторотые салаги или офицеры Космофлота, в конце концов?! Вам вообще ничего доверить нельзя?!

— Сэр, эта девушка оказалась очень хрупкой… — попытался объясниться молодой цварг, но был жёстко перебит:

— Молчать, лейтенант Ир’сан! Я вам слова не давал!

Совет Адмиралов Космического Флота проходил, как всегда, весело и задорно. Если точнее, то и Советом Адмиралов он назывался в последние годы условно: две трети кресел пустовали. Большинство действующих адмиралов Космофлота бороздили краевые и беспокойные сектора Федерации, кто-то выполнял дипломатические миссии, кто-то — секретные, дающие право месяцами не появляться на главной станции. Заниматься вопросами Академии, которая готовила будущих офицеров, нравилось далеко не всем. Из трети присутствующих минимум половина сидела с закрытыми глазами и через наушник прослушивала почтовые голосовые сообщения, несколько военных листали документы в наладонниках и планшетах, один — адмирал Крэйсдор-Шу — откровенно спал. Бедняга переутомился за последние недели, пытаясь наладить хоть сколько-то сносные отношения с независимыми планетами на границе четвёртого сектора.