Не очень хотела проводить время с Джонасом, да и банально боялась добавления в еду галлюциногенов, но информация правит миром, глупо отказываться от рассказа дракона. К тому же от такого приглашения не отмахнуться.

Я пожалела о совместном завтраке, только по другой причине. Джонас отбросил своё высокомерие, врубил обаяние, и мне весьма понравилось с ним болтать и обмениваться безобидными шутками. Похоже, побратим мужа Лильен применял мою стратегию, и я не могла не признать её эффективности.

Кровожадные порывы в отношении Джонаса начали стихать, а за последующую неделю общения вообще почти смолкли. Дел, конечно, у него хватало, но теперь моя утренняя пробежка проходила с ним, он даже в шутку начал учить меня парировать удары меча. А там дружелюбие и доброжелательные улыбки сотворили своё дело, ко мне потянулись и другие драконы: принялись наставлять, подбадривать, помогать. Расчёта в их отношении ко мне не было, признаться, я даже наслаждалась спокойными деньками, ведь больше не случалось ни покушений, ни галлюцинаций.

У меня устоялся определённый распорядок дня. Утром тренировки, днём весьма увлекательная работа с артефактами, перемежаемая содержательными беседами с Джонасом и короткими стычками с котом, которые тоже стали своего рода ритуалом. Мы с Гаем теперь рычали друг на друга по инерции, я награждала его подпопниками, он иногда оставлял меня без тапочек или воровал еду из моей тарелки, на том всё и заканчивалось. Налаживание отношений с прислугой тоже проходило отлично, я пару раз поработала на кухне, приготовила блинчики и шаурму. Однако это вовсе не означало, что злые намерения мужа забылись. Подготовка к отражению возможных ударов шла полным ходом.

Размеренное течение одного из дней моего затишья завершилось не с приездом Аргоса, в поместье прибыла самая неприятная из возможных гостей: мачеха Лильен.

— В столице ходят слухи, что золотой лорд потерял интерес к молодой жене, — Реико сделала короткий глоток чая из неимоверно дорогой фарфоровой чашки.

Как только прибыла в поместье, она потребовала достать для неё лучший сервиз, подготовить самые роскошные комнаты и встретить мать госпожи дома со всеми полагающимися почестями. Джонас еле успел отвернуться, чтобы скрыть закатывание глаз. Я ему позавидовала, мне приходилось обниматься с Реико Поулус в девичестве Мин и пожимать руку младшего брата Блеза, глядящего на меня с нескрываемым равнодушием. И вот теперь мы вдвоём с мачехой расположились в гостиной моих покоев за чаепитием и изображали вежливую беседу.

— Какие ещё ходят слухи? Сколько любовниц они нарисовали моему супругу и сколько одиноких ночей в пустой постели мне? — протянула я, стараясь подавить язвительные нотки.

После потери отца, который при отличном здоровье погиб из-за осложнения простуды, Лильен пережила три покушения. Выгода мачехи была очевидна, она желала забрать себе имущество рода, избавившись от главной наследницы, но ничего доказать не удалось. Тогда дед сумел защитить внучку: связал её с опытным юристом, и тот помог составить опасное для имущества рода Поулус завещание. В соответствии с ним наследовать состояние мог лишь маг с сильной кровью. Теперь, в случае смерти Лильен, Реико с сыном рисковали остаться ни с чем, ведь она была мигрантом из ныне сгинувшей в океане страны Ритайи, передала сыну свои гены, потому оба не являлись магами.

Покушения прекратились. Враги под личинами родственников затаились, разве что приходилось встречаться с ними в главном храме Трёхликого. Лильен усердно училась, старалась защититься от всех возможных опасностей, но не избежала главной — любви. Аргос захомутал наивную девчонку за месяц до совершеннолетия, которое наступало в Илеосе в двадцать три года.

В ином случае она бы вошла в права наследования, возглавила род и потихоньку избавилась бы от опасности в лице мачехи. Конечно, если бы такой трусишке хватило силы духа. По мне она просто сбежала под крыло первого предложившего защиту мужчины, потому что была не в состоянии отбиться сама и не желала брать на себя ответственность за род. Теперь хозяином её и по инерции моей жизни стал Аргос. Он же мог повлиять и на благосостояние других членов рода. Реико и Блез рисковали остаться с минимумом состояния семьи. Мачеха пыталась помешать и свадьбе, хотела дискредитировать Лильен, но та была осторожна и избежала подставы. И вот теперь состоялась первая после церемонии бракосочетания встреча с Реико. Видимо, мачеха боялась мести обиженной падчерицы, да и не знала, чего ждать от чешуйчатого зятя.

— Думаешь, это шутки? — поморщилась Реико.

Она была красивой женщиной. Большие раскосые глаза глубокого синего цвета, шёлк чёрных волос, смуглая кожа, аппетитная фигура. Добавить сюда коварство и хитрость, и становилось понятным, как бедный отец Лильен попал в эту ловушку.

— Я думаю, слухи — не то, на что стоит обращать внимание, — ответила я сдержанно.