Маленькие глазки забегали по гостям, выискивая больного, пока не остановились на мне.

- Сонечка, милая, как вы бледны!

Подскочив с места, моя так называемая тетушка, схватила мужчину за руки.

- Модест Давидыч, предобрейший, спасайте! Вся надежда только на вас, - она снова всхлипнула и перевела на меня тоскливый взгляд. – Сонечка ударилась головой и теперь совсем ничего не помнит.

- Эка напасть! – покачал головой мужчина. Сев рядом со мной, он махнул рукой в сторону присутствующих. – Господа, вы не могли бы оставить нас с Софьей Алексевной наедине. Инесса Ивановна, вам, как ближайшей родственнице, можно остаться.

И минуты не прошло, как комната опустела. Последним выходил граф, который, отвесив нам со старушкой поклон, прикрыл за собой дверь.

Модест Давидович поднялся, распахнул окно и кислорода стало в разы больше. Я, наконец, смогла вздохнуть полной грудью.

- Откройте рот, милочка, - попросил врач и принялся изучать его содержимое.

Следом начал ощупывать шишку на голове. Шею. Оттягивать веки. Спрашивать, где болит. Затем поднялся, подошел к столу, вытащил из саквояжа продолговатую трубку. И только когда он приложил один конец к моей груди, а ко второму прислонился ухом и попросил задержать дыхание, до меня дошло — это что-то вроде стетоскопа.

Закончив, он почесал нос и вздохнул.

- Что последнее вы помните, дитя мое?

Вонючая парадная? Выстрел? Думаю, этого ему знать ни к чему.

Я развела руками.

- Ничего.

- А как вас величать?

- София Леденцова, - произнесла я на автомате и встрепенулась. Имена с двойником у нас может и схожие, но фамилии?

- Вспомнила! - воскликнула все это время сидевшая как мышка «тетушка» и захлопала в ладоши.

Так, кажется я точно в параллельной реальности.

- А Инессу Ивановну помните? Или меня? – я отрицательно качнула головой. – Да, дела… Я Модест Давидович Клюшнер. Ваш участковый врач. А у вас, милая, то, что мы в медицинских кругах зовем ретроградной амнезией. Потеря памяти по причине удара головой.

Глава 1-3

Старушка громко охнула и прижала ладони к губам.

- Модест Давидыч, а как эту амне́зию лечить? – срывающимся шёпотом уточнила она.

- К моему глубокому сожалению, Инесса Ивановна, только временем, - развел руками врач. Затем поднялся и положил стетоскоп обратно в саквояж. – Мои рекомендации для вас Сонечка - не трудить голову и побольше отдыхать. Гостей не принимать. Первые два дня лежать в темной комнате, не шевелясь. При головных болях – прикладывайте ко лбу холодные компрессы. Вам, Инесса Ивановна, надобно рассказывать обо всем, об чем ваша племянница позабыла. Так памяти легче вернуться. А я откланиваюсь, пролетка на улице ждет. Ежели что, присылайте Тишку - мигом обернусь.

- Да куда ж вы в такой мороз и без сугреву? - всплеснула руками старушка, и повернулась к закрытой двери. – Глаша, настойку можжевеловую неси.

- Да будет вам, милейшая, - покраснел врач, но уходить не торопился. Дождался, когда в комнату влетит запыхавшаяся девушка с подносом в руках, схватил стоящую на нем рюмку с прозрачной жидкостью и опрокинул ее в рот. Затем громко ухнул, поморщился и занюхал увесистым кулаком. – Эх, хорошо пошла, родимая! Благодарствую, Инесса Ивановна.

- Глаша, проводи дорогого Модеста Давидыча, – наказала старушка. – И скажи гостям, что мы с Сонечкой премного извиняемся, но сейчас ей надобен полный покой.

- Будет исполнено, барыня.

Как только мы остались в комнате одни, «тетушка» замялась у дверей.

- Тебе бы подремать, Сонечка.

- Я еще не хочу, - я потерла зудящую шишку и положила голову на мягкий подлокотник кушетки. – Но вы могли бы ответить на несколько моих вопросов.

Кивнув, она придвинула к кушетке стул, села напротив, наклонилась и обхватила теплыми ладонями мои руки.

- Спрашивай, милая, - грустно улыбнулась мне Инесса Ивановна. - Все о чем знаю, поведаю.

А вот теперь самое сложное - как все правильно сформулировать? С чего начать?

- Какое сегодня число? В каком городе мы живем? У меня есть родители? Кто я такая? Кто вы все такие? Кто платит за аренду этих хором? Если я, то откуда беру деньги? Кем работаю? Этот… жених, кто он такой? Как мы познакомились? А остальные… я их знаю? Что я делала сегодня утром? Какие у меня планы на ближайшее время? Знаете ли вы человека по имени Прохор Васильевич Леденцов? – у меня в запасе имелось еще пару десятков вопросов, но нужно было перевести дыхание. А когда перевела, заметила вытянувшееся лицо «тетушки» и решила пока сильно не нагнетать. – Извините. Просто столько всего в голове…

- Не стоит просить прощения, милая, я все понимаю и постараюсь ответить. Только вот... кто будет твой Прохор Васильевич? Среди Лешенькиной родни не припомню таких…

- Да, так, - тяжело вздохнула я. - Забудьте.