— Нет тел, — вмешался Гектор, упершись локтями в стол. — Мы сняли с них проклятую броню и отправили остальное в пустоту.

— Хорошо, — сказал Друстан. — Значит, официально нас не пришьёшь — хотя Торин с Ровеной наверняка догадываются, что Дом Крови замешан.

В голосе послышалось осуждение?

— Думаешь, это было безрассудно? — спросила я.

Он пожал плечами:

— Они первыми нарушили мир, вы ответили. Как ни хочется избежать публичных столкновений в этот месяц, есть вещи неизбежные. Руки должны лишь выглядеть чистыми.

Держаться чистыми им, заметно, не требовалось.

— Торин и Ровена не признаются, — сказала Гвенейра. — Иначе придётся объяснять, зачем Солнечные стражи оказались у Дома Крови. — Она провела пальцем по столу, меж бровей пролегла складка. — Звериная магия редка. Не думала, что в Доме Света найдётся кто-то, кто ей владеет.

— Звериная магия? — переспросила я.

— Способность воздействовать на живых существ — как на ту саламандру, — пояснила она. — Это не стихия, а то, что, по слухам, родом от Тварей — как и перевоплощения. Время от времени всплывает у Благородных фейри.

Я скривилась:

— Для этого нужна была бы примесь Тварей?

— Такие случаи бывали. Они не все сплошь чудовища — некоторые бывают очень красивы, смотря какой облик выберут.

— А некоторые фейри предпочитают чудовищное, — сказал Гектор.

Я подумала о Королеве Даллайде — сверху женщина, снизу паук, с кроваво-красными глазами и жаждой к убийству — и поёжилась. Она из рода фейри, которые всегда были такими, или результат смешения? Лицо у неё было прекрасно, как у Благородной, но я не могла представить, какая нечестивая связь породила бы такое сочетание.

Тварь не принадлежала ни одному дому, и я редко задумывалась, какая у них магия. Хотя я ведь видела, как один из них менял облик, не так ли? Одно из крылатых чудовищ, гнавшихся за мной, обратилось в ястреба.

— К слову о Тварях, — сказал Друстан, — я собираюсь скоро встретиться с Даллайдой.

Я напряглась:

— Зачем?

— Потому что она — наш союзник и будет незаменима, когда дойдёт до войны. А ещё она сможет заслать своих для слежки за Домом Иллюзий и Домом Света.

— Она уже пыталась меня убить, — напомнила я. — Это не станет проблемой? — Для меня — более чем.

— Правда? — оживилась Гвенейра. — Как вы вообще встретились?

— Я… — я виновато взглянула на Лару. Нас уже уличили в жульничестве на испытаниях, но говорить об этом всё равно было неловко. — Я искала сведения об одном деле. Она попыталась отнять у меня кинжал силой, и мне пришлось спасаться бегством.

— И ты убила нескольких её тварей, — добавил Друстан.

Я ощетинилась:

— В порядке самообороны, да.

— Даллайда ревниво оберегает границы. Явиться к Тварям без приглашения — так же неприемлемо, как если бы они явились на верхние уровни без разрешения. Единственный раз, когда я пришёл без письма-уведомления, её создания напали и на меня. — Он покачал головой. — Это было не лично против тебя. Ты нарушила табу — она поступила так, как сочла нужным. Я сглажу углы.

Лицо у меня загорелось:

— Я не знала про табу. — Очередная дыра в моих знаниях.

Гектор вмешался:

— Когда нас не учат, мы учимся на попытках.

Странно было слышать утешение от принца Пустоты — если сухая констатация вообще считалась утешением. Я вспомнила, что говорил о нём Каллен: сделанное — сделано, и Гектор не видит смысла убиваться о «а что, если».

— Но доверять Даллайде я всё же сомневаюсь, — продолжил он, переводя взгляд на Друстана.

— Почему? — скрестил руки Друстан. — Потому что она мой союзник, а не твой?

Улыбка Гектора была тонкой:

— Потому что она прославилась жестокостью и непредсказуемостью и вздумала звать себя королевой. Твари копят обиду веками. Не думаешь, им может понравиться снова вдохнуть свежего воздуха? И, возможно, вкус мести?

Я вдруг поняла, что не знаю, зачем Даллайда помогает Друстану, кроме её ненависти к Осрику.

— Ты пообещал ей что-то в обмен на её солдат? — спросила я.

Все взгляды впились в Друстана.

Он вздохнул:

— Как ты, верно, догадалась, она жаждет большей свободы для своих. Возможности понемногу вернуться в общество фейри — в ограниченном формате — и получить доступ к миру наверху.

— Твари будут бродить по коридорам? — ужаснулась Лара.

Перспектива тревожила, но они сражались рядом с нами в тронном зале. Я вспомнила золотую змею, защищавшую меня, и обнажённые тела Тварей, павших, пытаясь свергнуть Осрика. Нас не определяют наши вожди — и их вождь даже не повёл их в ту бойню, куда отправил умирать.

— Они заслужили что-то, — сказала я. — Но Даллайде я не доверяю.

— Мы сами решим, где и когда им позволена свобода, — серьёзно сказал Друстан. — И ещё: тебе стоит знать, что сначала она хотела получить во владение Дом Крови. Я, разумеется, отказал.