– И на этом спасибо, – бросила в пустоту и обошла дом вокруг. – Смотри-ка, ставней нет, а стёкла не побили, – пробормотала я и уставилась на хорошо так заросший огород, покосившийся забор тянулся далеко. Если я правильно помню, то сотка земли – это десять на десять метров. Приложив руку ко лбу, всмотрелась вдаль, соток двадцать, на первый взгляд, может, и больше. Тут впору самой нанимать рабочих, а не в поле идти.

– Эй, ты кто? – женский голос, раздавшийся сбоку, заставил вздрогнуть. – Чего шастаешь по чужим домам? Убирайся, сейчас позову стражу! – пригрозила  девушка, повиснув на соседском заборе.

– Я не шастаю, а смотрю свои владения! Всё законно! Вот документы и ключи! – с моих нервов соскочил последний «стоп-кран», и я начала кричать в ответ. И не просто кричать, а подбежала к забору: заборы-то у нас разные оказались, у соседей новенький, высокий. Подпрыгивая, пыталась ткнуть документами о собственности в нос соседке.

– Тише ты, тише, – девушка пошла на попятную. Чего так орёшь? – она посмотрела на мой дом, на меня и хмыкнула: – Если бы мне досталась такая развалюха, то я бы тоже орала.

– Извините, – смутившись, успокоилась и сделала шаг назад. – День был тяжёлый. В этом доме жила моя бабушка, вы её, наверное, не помните, она давно умерла. Сейчас я буду жить.

– Живи, чего уж там, – не прощаясь и не представившись, соседка исчезла.

– Буду, куда деваться. Меня зовут Алтея, можно Тая! – крикнула в сторону соседского дома, но ответа не услышала.

Пожав плечами, отправилась к дому. Страшно было до жути. Если я сейчас открою дверь, а там все доски сгнили?

«Так, Тасенька, не паниковать, – мысленно погладила себя по голове. – Стены есть, уже хорошо. Да и не выглядит дом разваленным».

Вернувшись к крыльцу, открыла ключом навесной замок, он был ржавым, думала, что придётся прикладывать силу, бороться со ржавчиной. Нет, быстро открылся. Вторым ключом открыла врезной замок.

Дверь скрипнула, и я вошла внутрь. Осмотрелась, что-то не давало покоя. Странно, пыли на мебели не было.

– Добрый день, хозяйка, – донеслось из угла.

– Кто тут? – испугавшись, сделала шаг назад, запнулась за стул и тут же села мимо него на пол.

Глава 7.

– Госпожа, это я, – на середину комнаты вышел крупный заяц, его длинные большие уши висели вдоль тела, доставая до пола.

– Заяц? – спросила существо, продолжая сидеть на полу.

– Где? – он закрутил головой.

– В смысле «где»? Ты – заяц! – воскликнула я, подумав: «Он что, издевается?».

– Госпожа, вы плохо меня рассмотрели, – он сделал шаг вперёд. – Конечно, ваш слуга стар, вот вы и не признали в нём сирга.

Где-то я уже слышала это слово. Точно, именно о сиргах говорилось в наследстве.

– Извини, впервые вижу сирга, – ответила, не подумав, не была бы так удивлена, промолчала бы.

– Впервые? – он поднял лапку, нет, скорее, ручку — пушистая конечность имела пять пальцев — и дёрнул себя за ухо.

Медленно поднявшись, присмотрелась к незнакомому существу. Ростом примерно метр или чуть ниже, очень похож на зайца или кролика, огромные ярко-зелёные глаза, чем-то напоминающие мои. Шерсть короткая, серая, из одежды – кухонный фартук грязного мышиного цвета, завязанный на шее и поясе. Ноги сложно назвать лапами, потому что ступни похожи на человеческие, пять пальцев, лодыжки, голень, колени, бёдра, всё на месте.

– Хозяйка, вы не рады мне? – прервал мои размышления сирг. – Я столько лет верой и правдой служил, сохраняя дом. Простите меня! – вздрогнув, тихо завыл сирг. – Силы утекают.

– Не плачь, я очень тебе рада, – попыталась успокоить бедолагу, но тот ещё громче расплакался, сорвался с места и тут же обнял меня. – Всё хорошо, только не реви, – не буду лукавить, хоть я и люблю животных, но странного полузайца хотелось оттолкнуть, мой мозг отказывался воспринимать происходящее как реальность. Где это видано, чтобы зайцы разговаривали?

– Хозяюшка Таюшка не злится на меня, – бормотал в моё бедро сирг.

– Не злюсь, отодвинься, давай поговорим, – с трудом удалось оторвать пушистика от ноги и усадить на стул. – Тебя как зовут, откуда ты тут? Почему зовёшь меня хозяйкой?

– Меня зовут Хима Химанарис Пятый, – сирг смахнул слезу краем уха. – Но госпожа может звать меня Хима, Хим, Хи-Хи.

– Ты домовой?

Он отрицательно закачал головой.

– Я верой и правдой служил в этом доме почти сто лет, пока юная леди не выросла. Она вышла замуж, родила детей, состарилась и умерла, оставив меня совсем одного в этом пустом доме, – в его словах вновь были слышны всхлипы.

– Валерианочки бы тебе, да и мне за одним, – погладила страдальца по голове. – Скажи, я так понимаю, что ты служил моей бабушке. Ты как всё это время выживал? Что ел?

Кролик что-то поискал под фартуком, вытащил руку и разжал ладонь.