Более поздние заявления о наблюдениях призраков включают немецких солдат, которые ходили будто в дозоре, а затем исчезали, а также заявленные наблюдения странных огней в некоторых бункерах.

Как и во многих сообщениях о привидениях Джерси, это всего лишь услышанные необъяснимые звуки и увиденные невозможные вещи, и они не имеют особого смысла без контекста. Есть много упоминаний о криках или шепоте в темноте и местах, которые наполняют людей таким ужасом, что они не могут оставаться. Даже наименее суеверные из нас согласятся с тем, что определенные места каким-то образом кажутся неправильными и наполняют нас чувством глубокого беспокойства.

Известно, что существуют определенные вибрации, которые заставляют человеческий мозг испытывать страх, а также слуховые и зрительные галлюцинации. Человеческий разум запрограммирован видеть очертания человеческих лиц и человеческих форм в том, что по сути является случайными естественными формами. В конце концов, кто из нас, оставшись один в своем доме, не вздрагивал при виде фигуры, неожиданно появившейся у двери, только для того, чтобы через несколько мгновений понять, что это было просто висящее пальто? И все же в тот единственный момент мы были убеждены, что мы не одни.

Существует много способов объяснить случаи появления призраков, но можно ли отмахнуться от каждой истории как от ошибки восприятия, вызванной страхом или галлюцинацией, неясно.

Возможно, любовь к историям о привидениях, распространяющаяся на все нации и культуры мира, указывает на то, что мы на самом деле не хотим, чтобы подобные вещи находили объяснение. Истории о привидениях намекают на то, что, возможно, смерть можно каким-то образом победить, и что наша конечная смертность не так очевидна.

И поэтому некоторые истории сохраняются на протяжении жизней и столетий. И независимо от того, вызваны ли они сверхъестественными явлениями или человеческой прихотью, игрой света или ложными сообщениями, мы не можем отрицать, что даже самым рациональным из нас нравятся хорошие истории о привидениях, от которых кровь стынет в жилах.

Один дух, в частности, преследует сноски к древней истории Джерси. В фольклоре и рассказах неоднократно упоминается женщина, одетая в светлую одежду: таинственная фигура Белой Дамы. Случаев наблюдения было много, но Белая Дама, похоже, не привязана к какому-либо одному месту, скорее она имеет тенденцию появляться вблизи неолитических камней-менгиров и золотых приисков. Дороги и районы названы в ее честь, и она является частью местной культуры, которая не поддается легкому объяснению. Некоторые верят, что она призрак, но другие верят, что она волшебное существо, скользящее между мирами. Она может быть частью причудливых ужасов пьяниц, возвращающихся домой в одиночестве, или силуэтом в разрываемом ветром тумане, видимым из окон машин. Или, возможно, она просто игра света… трюк, который видят снова и снова, на протяжении веков, по всему острову.

ДОМ КРИКОВ

У Кристофа не было другого выбора, кроме как покинуть Францию.

Он отправился в дом своего отца, проехав верхом на юг из Парижа в Орлеан, и обнаружил, что дверь дома сорвана с петель. Экономка отца, молчаливая и бледная, сидела на лестнице. Ее пальцы были крепко сцеплены перед коленями, костяшки побелели от напряжения.

— Он ушел, Кристоф. Нет! — она выбросила руку, чтобы помешать ему уйти. — Слишком поздно! Он уже мертв. Пожалуйста, Кристоф, посиди здесь со мной минутку.

Она похлопала по холодному камню рядом с собой, и Кристоф позволил своим ногам подогнуться, чтобы он мог опуститься рядом с ней.

— Когда они забрали его, мадам Лоранс? — Он заглянул в ее покрасневшие от слез глаза.

Это было два дня назад, Кристоф. Он был храбрым и держался стойко. Вы бы гордились им, но теперь вы должны бежать. Вы должны бежать или умрете.

Она крепко взяла его за руку. Ее пальцы были холодными на ощупь.

— Я, конечно, говорила ему то же самое, но он не стал слушать! Ни один гугенот сейчас во Франции не в безопасности.

— Знаю.

Кристоф наблюдал, как слеза скатилась по ее щеке, и удивлялся, как получилось, что его собственные глаза оставались сухими. У него будет время погоревать, когда этот сюрреалистический ужас пройдет. У него будет время поплакать, когда он будет в безопасности.

— Не возвращайтесь домой, Кристоф, — предупредила его мадам Лоранс. — Сейчас вы берете все, что можете унести, и покидаете Францию.

И он это сделал.

Чувствуя себя вором, Кристоф опустошил бюро отца и карманы его пальто. Он нашел монеты и булавку с бриллиантом, маленький сундучок и печать отца. Он взял те бумаги, которые, по его мнению, могли когда-нибудь пригодиться, хотя и подозревал, что никогда не вернется во Францию.