Вся кровь прилила к лицу. Страшно хотелось запустить в Мирин чем-нибудь, чтобы ее успокоить.

- Сбор отпечатков - работа стражей, - напомнила я. - Они привели его - значит, проверили. А при симптомах амнезии каждая минута промедления чревата полной потерей памяти.

- Это не оправдание, - отрезала сьера Кэрол. - Ты не имела права лечить пострадавшего до подтверждения его личности. Либо ждешь доклад стражей, либо сама проверяешь отпечаток магии.

То есть пока не узнаю личность пострадавшего, лечить нельзя. Так получается?! А если бы на его месте был обыкновенный страж?

- Но это же… - я едва сдерживала подступающий гнев.

- Никаких но! Ты должна была выяснить его личность. До дальнейших распоряжений ты отстранена. Отправляйся в спальный шатер. Тебя пригласят для участия в дальнейших разбирательствах, - голос сьеры Кэрол был стальным. - Это не обсуждается. Надейся, что твой пациент других дел не натворил.

Мирин хмыкнула с явным удовольствием. Вот же… коза! Пусть только попросит прикрыть ее, когда на свидание со стражем пойдет! И журнал заполнять сама будет!

Опустила взгляд, склонив голову. В висках стучала боль.

- Хорошо, сьера Кэрол, - только и смогла вымолвить.

- И, полагаю, твой отъезд в столицу отменяется, - добавила наставница сухо.

Развернулась и направилась к выходу. Меня ждал выговор. Очевидно с занесением в личное дело. Но куда страшнее было представить, что будет, когда сьер Райвен, узнает, кого я лечила. Мне теперь вообще никакого диплома не светило! О работе целителем можно было забыть.

Глава 9

Утро выдалось серым и промозглым. В точности как мое настроение. Ночью я почти не спала, была в каком-то полубреду, от чего чувствовала себя вымотанной. Голова раскалывалась. Половину времени смотрела в потолок, пытаясь разложить все по полочкам, другую половину прокручивала в голове разговор с сьерой Кэрол.

Что теперь будет? Меня могут отстранить от практики и даже лишить диплома, если сьер Райвен найдет достаточно оснований.

После такого мне оставалось разве что в деревню переехать и работать там без лицензии знахаркой.

Но молчать я не буду. Снимать отпечатки магии – работа стражей. Откуда мне было знать, что они не выполнили свою задачу?

В шатре было суетливо. Все собирались по своим утренним рутинным делам. А мне стоило собираться на обход? Или меня уже отстранили?

Я стояла у зеркала, стягивая волосы в высокий хвост. На отражение старалась не смотреть. Худая, бледная, с тенью бессонной ночи под голубыми глазами. Плечи покатые, ключицы острые, губы растрескались от холода. Светлые пряди выбились из косы, и я машинально начала расплетать косу и собирать волосы в высокий хвост.

За спиной зашуршала занавеска.

- Ну что, кто на ее место переедет, когда ее отчислят? - Мирин шептала громко, явно для того, чтобы я услышала.

- Думаю, ты, - откликнулась Хейла, чуть тише. - Тебе как раз лучше ближе к выходу.

- Да ну, я лучше к окошку. А Айвелин пусть собирает вещи. Главное, не забыть все ее книжки. А то она без них даже элементарные правила запомнить не может.

Обе захихикали.

Я плотнее затянула резинку на хвосте и отдернула разделявшую нас штору.

- Мирин, ты бы за собой следила. А то как бы тебя не отчислили, когда выяснится, что ты зажимаешься со стражами вместо работы. Тебе напомнить, кто тебя прикрывал? В журнале у тебя все красиво, а вот в кустах - не очень.

Мирин замерла. Затем резко вскочила:

- Ты... ты не имеешь права… рассказывать.

- Я и не собиралась, - я процедила. – Но мой тебе совет, не плюй в колодец из которого потом пить собираешься. Меня еще пока не отчислили, но покрывать твои похождения я больше не буду.

Она покраснела, как мак, и уже открыла рот, чтобы огрызнуться, но занавеска приподнялась.

- Айвелин? - на пороге стояла Эйвери, одна из немногих, кого я уважала. Высокая, загорелая, с короткими медно-каштановыми волосами и цепким взглядом, она была нашей однокурсницей, попала в лагерь с ранением две недели назад. - Тебя ждут в шатре.

Сердце пропустило удар. Молча кивнула, накинула на плечи плащ и пошла следом. Мирин за моей спиной что-то прошипела, но я уже не слушала.

Снаружи было серо и прохладно, воздух еще хранил прохладу ночи. Я шла через лагерь, чувствуя, как взгляды стражей цепляются за меня. Кто-то откровенно пялился, кто-то пытался скрыть заинтересованность. Но и в целом обстановка стала напряженной. В два раза больше патрулей, сигнальные костры еще не погасили.

В шатре было шумно. Спорили, обсуждали, говорили одновременно. Но стоило мне появиться, как все замолчали.

Я заметила сьеру Нэймер, главную целительницу лагеря, строгую женщину с серебристыми волосами, сидящую у стола. Рядом  сьера Кэрол, сжимающая в пальцах тот самый злополучный клочок бумаги. Страж Уинкрос, с неизменным выражением на сморщенном лице. Позади него стоял его заместитель, тот, кто вчера шептал Кэрол о побеге.