Тем более что Рэймонд, увидев после отбоя мои мучения ещё с первым письмом, хорошенько потренировал меня. Удача, что магистр Фортейл не пришла в тот день, вернее ночь, проверить, не нарушают ли студенты режим, потому что разные бумажки мы жгли часов до двух. У него самого они, между прочим, вспыхивали вообще мгновенно. Интересно, сколько же нужно практиковаться, чтобы достичь такого уровня мастерства?

Впрочем, в ответ на этот вопрос Вирайн лишь напомнил мне, что его родители – маги, и рос он, что называется, среди сплошной магии.

— Наверное, это круто, — мечтательно заметила я. Наши с братом родители магами не были и никакое волшебство нас никогда близко не окружало. Лишь вечная бедность да финансовые проблемы. Поэтому, когда, чисто наудачу пройдя испытание, я узнала о наличии у себя магических способностей, обрадовалась ужасно. Правда, если бы меня не зачислили в Блонвур, вряд ли смогла бы учиться, потому что денег на учёбу в Эльтской АМИ[1] брат мог и не наскрести, но здесь мне назначили меньшую плату.

— Не всегда. Иногда хотелось разжечь тот же камин просто спичками или чтобы это сделали слуги, но нужно ж соответствовать, — иронично улыбнулся Вирайн.

Да, у всех свои проблемы, — печально улыбнулась я уже про себя. Нам вот, бывало, и на эти самые спички денег не хватало. Приходилось по старинке пользоваться огнивом.

***

Утром я проснулась со странным чувством, словно ждала чего-то. И тут вспомнила – сегодня же двадцать третье Лисы! С этой загруженностью учёбой совсем позабыла отслеживать даты.

С кровати вскочила, словно ужаленная, и сразу бросилась из комнаты. Девчонки, наверное, подумали, что меня в уборную прижало.

Но, выскочив в холл, опомнилась – не стану же я врываться в комнату к парням с утра пораньше. Они там, небось, ещё и не одеты.

В общем, пришлось кое-как дотерпеть до времени завтрака, ибо сколько я ни выглядывала в холл, Вирайн мне на глаза так и не попался.

Зато когда, собравшись, мы с Грэсси и Риной вышли в холл, чтобы отправиться в Трапезную... шатенистого паразита там снова не оказалось. Издевается?!

Впрочем, не было и Нариэла с Торреном. Из 606-ой я видела лишь Бористана, но он интересовал меня меньше всего на свете.

Наконец за три минуты до времени завтрака парни выплыли из своей комнаты.

— Ты помнишь, какое сегодня число? — первым делом спросила я Вирайна.

— Конечно, — нагло улыбнулся он.

— Так показывай свою карту! — потребовала без обиняков.

— Тебе не кажется, что мы уже опаздываем на завтрак?

Ну конечно, именно сегодня ему вздумалось канителиться до последнего!

— Ты это специально?! — обиделась я.

— Нет, что ты, — возразил нахал. — Я вовсе не тянул волынку нарочно. Просто мы сегодня немного проспали.

— Не тянул что?! — распахнула я глаза.

— Потом объясню, — он схватил меня за локоть и повлёк к двери в переход. — Пойдём наконец. Или хочешь Рину подставить?

[1] АМИ – Академия Магических Искусств.

34-2

Ну да, ей-то никак нельзя опаздывать на завтрак!

С лестницы мы неслись бегом.

Фух, успели! Но в очереди на раздаче постоять пришлось. К сожалению, встали за Астином с Мелиной, которые сегодня почему-то тоже провозились и в Трапезную пришли лишь на несколько секунд раньше нас.

— Ты, я смотрю, прекрасно вписалась в этот зверинец, — прошипела, повернувшись к Рине, златовласая змея и обвела выразительным взглядом наших орков, отдельно остановившись на Гроке.

Тот мигом вскипел, однако сдержался и лишь бросил презрительно:

— Нужно было оставить тебя наедине с мертвячкой. Твой женишок-то тебе на помощь явно не спешил.

Астин с Мелиной дружно задохнулись от возмущения. Однако никакого ответа придумать не успели. В этот момент прозвучал голос Ворона:

— Кловдерис, десять баллов за оскорбление товарищей.

Как он умудрился услышать?! Ведь сидел далеко от раздачи, а говорила гадюка довольно тихо.

— Я бы ещё добавил за то, что с первого раза не понимает, — произнёс Дагратдер. — Тупость – непростительное качество. Тем более для студентки столь серьёзной академии.

По Трапезной прокатился смех.

— Кстати, история о том, как жених прихорашивался, вместо того чтобы хоть попытаться спасти свою невесту, просто прекрасна, — ехидно заметил Адельвурт[1] не менее громко, нежели его король. — Когда речь идёт о жизни и смерти, идеальный наряд – это главное, не правда ли, дэй Ледсарт?

От злости Астин побелел и аж пошёл пятнами. Однако не забыл возмутиться:

— Я виконт, а не дэй!

— Извини, не удосужился изучить твою родословную, — бросил вампир. — Но вообще-то виконтом ты станешь только после смерти своего отца.

Последние его слова явственно свидетельствовали о том, что он как раз отлично знал, что Ледсарт – сын виконта, и назвал того дэем, а не лордом, намеренно.