Гарт шел впереди всех, широко улыбаясь и что-то рассказывая девушке рядом с ним, показывая на меня. Она хохотала, прикрывая рот ладонью. Остальные следовали за ними, неся несколько кувшинов и ведер для воды в руках.

— Смотрите-ка, — протянул Гарт, расплываясь в ухмылке и направляясь ко мне, остальные остались чуть позади, — Кто к нам пожаловал. Элиас-воришка собственной персоной. Водичку носишь? Не тяжеловато?

— Разберусь. — ответил я Гарту который пользуясь тем, что я с ведрами проскочил мимо и перегородил тропу.

Я молча двинулся вперед.

— Эй, стой, — Гарт положил руку мне на плечо. — Куда торопишься? Мы же не виделись… сколько? День? Два? Как насчет поговорить со старым другом? А то последний разговор что-то не заладился. Надо обсудить парочку деликатных моментов.

— Отойди, — спокойно сказал я.

— О, как грозно, — Гарт обернулся к своим дружкам, изображая испуг. — Пустышка мне угрожает. Страшно, аж жуть. Не дури, Элиас. Раз говорю, потолковать надо, значит надо.

Вот дернул же черт этого придурка прийти к реке в то же время, что и меня!

Глава 13

Я стал боком, чтобы держать на виду и Гарта, и его дружков.

Девушки и парни позади нас хихикнули. Одна из них привлекла мое внимание, не знаю почему, но сердце забилось чаще, и это была не моя реакция, а тела. Девушка была высокая, с рыжими волосами и зелеными глазами. Она смотрела на меня с каким-то плохо скрываемым презрением.

И ровно в этот момент меня накрыло воспоминаниями: эту девушку звали Эйра, она дочь кузнеца с Даром огня. Красивая, талантливая, даже странно, что до сих пор Эйра оставалась в этом поселке. Хотя, с другой стороны, почему странно? Тут у нее есть доступ к живе, которого нет внутри королевства.

Память Элиаса об этой «особе» отозвалась болезненным ударом в сердце — Эйра была причиной многих его краж. Деньги, украденные у деда, у соседей, все эти мелкие пакости — часть из них шла на подарки для неё. Глупого мальчишку ослепила первая любовь, и он был готов на всё, лишь бы произвести на нее впечатление.

Вот как… — подумал я, — Значит, воровал не только для того, чтобы добыть денег на Дар. Эх, Элиас-Элиас…

Увы, это была безответная любовь.

Эйра относилась к нему снисходительно, как к надоедливому ребенку, но подарки принимала с удовольствием. А встречалась с Гартом. А Элиас… он жил надеждой. Мечтал, что когда-нибудь она ответит на его чувства.

Я почувствовал укол боли отвергнутой любви и унижения — это было остаточное чувство Элиаса, отпечатавшееся в памяти этого тела. Все воспоминания, связанные с Эйрой, пронеслись одним единым потоком, пока я смотрел на девушку. Конечно, зная изнутри, каким был Элиас я не испытывал к нему жалости или чего-то подобного. Он заслужил всё то, что получил. Но какое-то неприятное чувство, тот самый «осадочек», остался.

— Ты где вчера пропадал, Эл? — заглянул мне в глаза Гарт, — Слышал, твоего деда поцапали волки. Неужели ты правда в лес полез? Или как обычно струсил и спрятался где-нибудь в кустах? Или на то и был расчет, что они убьют деда, а? У тебя же нет ни храбрости, ни чести.

Я холодно на него посмотрел, склонив голову, даже не удостоив ответа. Любой ответ будет неверным. Его слова были обидными, но они были неправдой, а потому отскочили от меня как горох от стены. Что толку реагировать на подначки?

Такая невозмутимость явно удивила Гарта. Он привык к другой реакции от Элиаса: к оправданиям, злости, попыткам доказать свою правоту, а тут — гордое молчание.

— Ого, — он усмехнулся. — Посмотрите на него! Совсем храбрым стал. Наверное, всю дорогу плакал от страха, а теперь геройствует. А твой дед… Как этот «великий» Охотник дал волкам себя покусать? Дряхлый стал, да?

Я криво ухмыльнулся.

— На лицо посмотри свое, или дед тебе слабо заехал? Я смотрю синяк еще не прошел, да?

Позади него зашептались, а сам он непроизвольно протянул руку к огромному синяку под глазом.

— Наверное остальным рассказал, что со ступеньки упал или одолел великого врага? Да? Может в драке с другим молодым Охотником, а?

Я хмыкнул и добавил.

— Получается мой дряхлый дед сильнее молодого Охотника? Забавно, не находишь?

— Что ты сказал? — голос Гарта стал опасным и он напрягся всем телом.

Да уж, парень снова себя не контролирует. Вот только тут люди — что позади нас, что у реки. К слову, они повернули в нашу сторону головы и застыли. Сомневаюсь, что они слышали о чем мы говорили, но такие как Гарт либо бьют там, где никто не видит, либо там, где можно объяснить причину. А зачем бить пустышку, который несет ведра с водой? — Незачем. А тут еще я заметил парочку Охотников, которые остановились у реки и уставились на нас с интересом. Правда, Гарт и компания их пока не видели, потому что стояли спиной к реке. В отличии от меня. Не то, чтобы я ожидал что за меня вступятся, нет. Но Гарт не станет бить пустышку на глазах у Старших Охотников. Это почти…позор.