– Но... но... госпожа настоятельница...

Ванда не слушала. Стряхнув с рукава халата несуществующую пылинку, она повернулась к полковнику:

– Леди Лисавэр уже переговорила с сиром Балтимером, теперь он полностью в вашем распоряжении.

– Благодарю, светлейшая, – коротко ответил командир.

– Записи с кристаллов наблюдения я пришлю вам через час, как и обещала, – добавила настоятельница, игнорируя отчаянные рыдания Лизетты, – сможете лично убедиться, что вашего подчинённого никто не провоцировал. Он устроил скандал, угрожал мне и саботировал работу госпиталя.

– Я обязательно всё изучу, – взгляд, которым Эрнандес наградил Брана, не предвещал ничего хорошего. Сомневаюсь, что храмовник отделается простым выговором.

Через три дня он ожидал получения нового чина. Дело считалось решённым, и мой жених заказал заранее банкет. Теперь о повышении не могло быть и речи. Будет чудом, если его вообще не разжалуют.

Как невесте мне полагалось расстроиться, но я неожиданно поймала себя на мысли, что мне плевать...

Ещё утром я радовалась предстоящей свадьбе, нежно поглаживала обручальный браслет и рассказывала Гретте, как мне повезло с суженым. А сейчас в душе осталась лишь звенящая пустота. И отчего-то ужасно кружилась голова. Я смутно помнила, что должна любить Брана, но не могла понять, за что...

– Надеюсь, мы с Лори больше не нужны? – вежливо уточнила Ванда. – Нас ждут пациенты...

– Разумеется, – полковник коротко поклонился настоятельнице, – не смею вас задерживать.

Попрощавшись с остальными, магесса жестом приказала следовать за ней. До её кабинета добрались без происшествий, хотя я молилась, чтобы нас кто-нибудь задержал и мне удалось удрать, но...

– Проходи, – Ванда распахнула двери, пропуская меня вперёд.

В глаза ударил неестественно яркий свет. Стол настоятельницы стоял прямо напротив двери, а за её креслом висела панель с эльфийскими лампами. Их свет бил в глаза входящим в кабинет, сбивая с толку и дезориентируя.

Целительница обожала «допрашивать» здесь провинившихся жриц. Проклятый артефакт она выключала только перед приездом проверяющих или других важных гостей.

– Я редко говорю это, но... сегодня ты меня удивила, Лори, – от вкрадчивого голоса пробирала оторопь, – первый раз, когда спасла Владыку, второй – когда попыталась настроить его против меня.

Обвинение повисло в воздухе, растекаясь по комнате удушливой дымкой. Оно казалось таким нелепым, что я не стала возражать. Слова просто застряли в горле.

Но настоятельница трактовала моё молчание по-своему.

– Прелестно! – Ванда подошла к столу и хлопнула в ладоши, выключая «допросный» артефакт. – Ты даже не пытаешься оправдаться! Уважаю. Люблю красивую игру, а ты, в отличие от Лизетты, достойный противник.

«Достойный противник» едва держался на ногах. Головокружение, накатившее на меня ещё в коридоре, усилилось. Комната плясала перед глазами как палуба корабля во время качки, и я старалась не двигаться. Стояла, прижавшись плечом к шкафчику с документами, и молилась, чтобы меня оставили в покое. Хотя бы ненадолго.

– Впечатляющая выдержка, – продолжила настоятельница, – молниеносная реакция и умение подстроиться под ситуацию. Ты напоминаешь меня в молодости.

Неужели?

К таким откровениям я была не готова, поэтому отвечать не стала. Только молча кивнула. Гретта говорила, что с душевнобольными лучше не спорить, а речь целительницы я воспринимала именно так.

– Только я никогда не скрывала шипы под маской страдалицы, – продолжила Ванда, – но тебе она идёт. И Владыке, похоже, нравится.

Напоминание о драконе отрезвило. Даже головокружение немного отступило.

– Мне необходимо вернуться...

– Вернёшься, – перебила меня настоятельница, – когда я разрешу. Это понятно?

– Более чем, – ответила, старательно изображая смирение.

Что происходит, я не особо понимала. Но интуиция подсказывала, что лучше молчать и со всем соглашаться. Похоже, Владыка успел не только отчитать её, но и намекнуть, что меня лучше не трогать. В противном случае, я бы уже летела из госпиталя вместе с Лизеттой.

– Садись, тебе нужно немного подкрепиться и выпить сладкого чаю, – Ванда щёлкнула пальцами, подзывая столик с чашками и магическим чайником. Артефакт беззвучно подъехал ближе, замерев между двумя мягкими креслами.

Рука невольно скользнула на лежавший в кармане халата определитель ядов. Амулет последнего поколения нагревался, реагируя на отраву не только в пище и питье, но и крови больного. Я не расставалась с ним на работе и сейчас, глядя как настоятельница заботливо разливает чаёк, судорожно сжимала заветный камушек.

Травить меня в кабинете она точно не станет, а вот опоить чем-то может. Случай с Лизеттой показал, что подставами Ванда не брезгует.

– Садись, – с нажимом повторила магесса.

Легко сказать... Ноги казались ватными, я чудом не рухнула в обморок и кое-как добрела до кресла.