К заданию куратора я отнеслась ответственно. Полчаса объясняла Стуже, что буду спать в другом месте, а она, как хорошая девочка, должна ждать меня здесь. Судя по взгляду собаки, у нее эта идея вызвала скепсис. Но, в конце концов, мне позволили уйти. 

Я ждала бессонницы, но свежие новости и физический труд умотали меня так, что расталкивать меня с утра пришлось Мистивиру. Сначала я хотела возмутиться, что он поднял меня так рано. А потом вспомнила, что никто не решится кормить мое новое приобретение, и перед завтраком придется зайти к Стуже.

Байланга я обнаружила на прежнем месте. Выглядела моя красотка сегодня бодрее, и я рискнула. На всякий случай, оставила приоткрытой дверь сарая. Сетка не даст ей улететь. Пусть хоть лапы разомнет. С этой мыслью я помчалась на завтрак. В тревогах и волнениях были свои преимущества – горький супчик я проглотила моментально, почти не чувствуя вкуса. 

На тренировке получилось собраться. Мистивир не помогал мне, и пришлось сосредоточиться на упражнениях. Привычно холодное лицо Вестейна и четкие команды даже успокаивали. Так что к концу тренировки ко мне почти вернулось душевное равновесие. 

Но стоило куратору махнуть рукой, знаменуя окончание наших мытарств, как над плато разнесся удар гонга. За ним последовали еще два.

– Что это? – напряженно спросила я у Сигмунда.

– Общий сбор адептов всех курсов начиная с третьего, – пояснил он. 

– Правила, – неожиданно спокойно добавил Чейн. – Наверняка объявят правила испытаний в Лабиринте Стужи. Не отставайте. 

С этими словами он первым направился к учебному корпусу.

Глава 6. Приручить Стужу

Парни потянулись следом за Чейном, и мне ничего не оставалось, кроме как идти рядом. Куратор шагал чуть позади, и я постаралась затесаться поглубже в толпу. Искушать судьбу не хотелось. Лучше нам держаться друг от друга подальше хотя бы на людях.

Наша группа прибыла последней. Остальные курсы уже выстраивались ровными квадратами. Вестейн вышел вперед, и парни встали за его спиной рядами по четверо. Я оказалась в последнем. Мы расположились между группами Крона и Багрейна. Справа от меня мрачно улыбалась Ида. В ее глазах светилось злое торжество. Гейра злобно зыркала на меня из-за плеча подруги. 

На крыльце Академии стоял ректор. В руках он держал какие-то бумаги и алый артефакт. Как только мы заняли свои места, над двором разнесся его голос, усиленный магией:

– Доброе утро! Знаю, что все вы с нетерпением ждете ежегодных соревнований в Лабиринте Стужи. Господин Рунфаст привез правила, которые будут действовать в этом сезоне.

Ректор поднес бумаги к лицу и начал читать:

– К участию допускаются… Четвертый и пятый курсы – учебные группы в составе от десяти адептов. Третий курс – только учебные группы в полном составе, шестнадцать адептов. Наличие байланга не обязательно…

Он читал дальше, а толпа молчала. Вот только головы, одна за другой, медленно поворачивались ко мне. Единственным, кто даже не шевельнулся, был Вестейн. Крон что-то шепнул ему. Судя по ядовитой ухмылке – довольно мерзкое. Но мой куратор не дрогнул. 

Ида тоже улыбалась до ушей. А до меня постепенно начал доходить смысл сказанного ректором. Правила изменили только для третьего курса. Группы в полном составе? То есть группу Вестейна хотели вывести из игры? Ведь если бы меня не перевели сюда, им не хватило бы человек для участия. Или эти изменения свежие и расчет был на то, что я попаду в Лабиринт и буду тянуть свою группу назад? 

Сигмунд, кажется, единственный из всех, продолжал слушать правила. Я попыталась вернуться к тому, что говорил ректор, но смысл его слов ускользал от меня. Вестейн продолжал держать спину прямо, и я не сомневалась, что на его лице не дрогнул ни один мускул. 

Но теперь он не отвертится. Ему придется взять меня с собой в Лабиринт. А мне придется постараться, чтобы не быть там никому обузой. 

Наконец, ректор закончил читать документ и удалился. Адепты гурьбой потянулись к общежитиям. Наша группа не сдвинулась с места. Все ждали, что скажет куратор. Когда двор наполовину опустел, Вестейн обернулся и сначала нашел взглядом меня. Только после этого он холодно произнес:

– Возвращайтесь в корпус. Тренировка в понедельник по расписанию. В том же составе.

Так, значит, меня снова не берут, да? Несмотря на новые правила? 

Внутри начало разгораться возмущение. Парни послушно двинулись в сторону. Но вместо того, чтобы идти за ними, я остановилась напротив Вестейна, набрала в грудь побольше воздуха и выпалила:

– Ну куратор Ааберг!

На то, как он от этого обращения изменился в лице, было приятно смотреть. 

– Теперь вы обязаны меня взять, и я должна тренироваться вместе со всеми, – продолжила возмущаться я. 

Двор уже почти опустел, и на нас никто не обращал внимания. Вестейн прикрыл глаза и терпеливо пояснил:

– На тренировку пойдут те, у кого есть байланг. 

– У меня есть байланг, – возразила я.