Наконец, я в знакомых, безопасных четырех стенах. Никогда не была затворницей, но сейчас век бы отсюда не выходила. Особенно радовало, что «сестры» нет. Она, видимо, в числе тех, кто продолжил веселье в другом месте. Я не удивилась. Она частенько не ночевала в своей кровати.    

    В комнате царил бардак – Грэйс наотрез отказывалась убирать за собой, настаивая, что это моя обязанность как хвоста. В этом хаосе я не сразу заметила стопку книг на моей половине стола. К книгам прилагалась записка от госпожи Эрей. Она прислала литературу для изучения и назначила индивидуальное занятие на послезавтра. Что ж, у меня будет время подготовиться. А сейчас спать.

   Я так устала, что даже в душ не пошла. Вымоюсь утром. Быстро переодевшись в пижаму, я задернула плотные шторы, выключила свет и легла в кровать.

12--2

   Вэйд выбрался из шахт без проблем. Разве что топать пришлось далеко. Личная точка выхода в его раздевалке, как назло, сломалась, и он временно ходил через одну из общих. Но он, как никто другой, знал все ее ходы, и не боялся быть пойманным. Впрочем, даже попадись он, ему ничего не будет.  

   Он соврал Беспризорнице – посещение турнира действительно карается отчислением, но не всех наказывают так строго. В любом правиле есть исключение. Золотокрылые – одно из них. Никто в здравом уме не пойдет против высшей знати. Сегодня ректор отчислит чьего-то сына из Академии, а завтра его отец снимет ректора с должности. Даже преподаватели в курсе, что есть студенты, которым позволено все. Одна Беспризорница никак не может этого понять. 

   По этой же причине Вэйд без опаски прошел в женское крыло общежития. Кто его остановит? Таких идиотов нет.

   Он знал, где комната Грэйс, но внутри никогда не был. Она пару раз приглашала его в гости, но Вэйд все откладывал визит. И сейчас сомневался – надо ли? Но тяжесть и боль в паху намекали, что очень даже надо. А еще горящая после пощечины щека. Физически удар был не сильный, но по самолюбию – весьма ощутимый. Вэйд не привык к отказам, да и было бы от кого.

    Вэйд не видел, как Грэйс покидала шахты, но прикинул по времени – она уже должна вернуться к себе.

    В коридоре общежития было тихо и пусто. Морок тоже притих, он никогда не вмешивался в его личные дела. Вэйд поднялся на верхний этаж, никого не встретив по пути. Постучал в нужную дверь, прислушался. Сначала показалось, что в комнате никого нет. Грэйс вполне могла задержаться. Вечеринка после турнира – обычное дело. И тот факт, что шахты пришлось покинуть в спешном порядке, несильно испортит настроение студентам. Просто продолжат гулять в другом месте.

    Видимо, не судьба. Может, и к лучшему. Вэйд уже собирался повернуть обратно к лестнице, как из-за двери донесся слабый звук. Он не разобрал, что это было, но опустив ладонь на ручку, обнаружил, что дверь не заперта. Его ждут? Похоже на то.

   Толкнув дверь, Вэйд пересек порог и остановился. Грэйс плотно закрыла шторы, чтобы с улицы не проникал свет фонарей. Лишь полоска света из коридора хоть как-то освещала комнату, да и то Вэйд частично загородил его собой.

  Грэйс не просто вернулась, а уже легла. И хорошо! Она как раз там, где надо – в кровати.

   Вэйд аккуратно прикрыл дверь, чтобы не шуметь, и направился к кровати. По пути стянул пиджак, а затем и рубашку, сбросил ботинки, подцепив за задники. В итоге до цели добрался в одних штанах, да так и забрался на кровать.

    Грэйс не до конца проснулась. Чтобы не пугать ее, Вэйд не сразу набросился, начал с осторожных ласк. Прислушивался к реакции девушки, да и к своей тоже. Оно точно ему надо? Чисто физически – однозначно, да. А когда тело требует, разум уступает.

   Откинув с девушки одеяло, Вэйд скользнул руками по горячему телу. Прижался теснее, вдохнул сладкий аромат волос. Такой знакомый запах любимого мыльного раствора Грэйс.  

   Девушка зашевелилась под ним, все еще в полудреме, но уже потихоньку приходящая в себя. Такая нежная, податливая, она была как воск в его руках, готовая на все, но он не торопился. В глубине души Вэйд понимал, что не с той девушкой, о которой мечтал, но решил не привередничать.

  В абсолютной темноте он наклонился к девушке, вдавил ее своим телом в матрас. Пока губы Вэйда проходились по тонкой шее, руки изучали рельефы девушки. На ней была легкая пижама – маечка и шорты. Эти жалкие куски ткани практически не мешали любопытным пальцам. Те без труда нырнули под кромку шорт и сдавили упругие ягодицы. Бедра сами дернулись вперед, и Вэйд вжался в девушку, давая ей почувствовать, насколько он в приподнятом настроении.

   В ответ она заерзала под ним. Вот теперь точно проснулась и даже как будто испугалась. Завозилась, уперлась руками ему в плечи. Пришлось оторваться от ее кожи, а ведь губы почти добрались до мягких округлостей под майкой. Но Вэйд хотел прошептать что-то успокаивающее. Сгодится даже банальное: «Не бойся, это я». Грэйс узнала бы его сразу по голосу.

  Но девушка опередила, заговорив первой.

  — Что ты делаешь? — пробормотала она.