— Что ж, пусть будет по-вашему, — вынес решение глава гильдии. — К сожалению, мы не смогли связаться с мастером Ла’Вилли, что не дает формального права провести разбирательство. Но раз уж на данной проверке настаивает сам Верховный, — он сделал паузу, пережидая, пока остальные мастера переварят сказанное, — вы можете попытаться доказать своё авторство. Итак, госпожа Маркес, чем подкрепите обвинения?

Я мысленно хмыкнула, подумав, что бывший наставник сейчас вне зоны действия почтовика. Надеюсь, он уже сидит в тюрьме!

— Я храню записи по всем своим разработкам. Вы можете сравнить их со схемами плетений, которые вам предоставил господин Ла’Вилли.

Назвать этого негодяя мастером язык не повернулся.

Учитывая, что на расчеты для одного артефакта у меня уходило несколько тетрадей, сохранить личный архив в полном объёме удалось только благодаря сумке с пространственным карманом. К счастью они мне требовались не все. По мере того, как на трибуне росла стопка исписанных формулами и исчерченных плетениями от корки до корки сшитых тетрадей, лица членов комиссии теряли маски невозмутимости.

Хорошо, что сумка была скрыта трибуной, иначе непременно возникли бы вопросы.

— Записи можно украсть, — заметил обладатель шикарной бороды, когда я закончила потрошить свои закрома. Табличка гласила, что звали его Лаврентий Сейрос. — И переписать. Раз вы были его ученицей, значит, имели доступ в кабинет с документами.

— Как минимум это мой почерк. Даже переписать правильно подобные расчеты затруднительно. Разобраться в сокращениях и объяснить ход мыслей изобретателя ещё сложнее, — ответила сухо на провокацию. — Ваши обвинения бездоказательны.

— А ваши смехотворны, — бросил очередную шпильку белобрысый. — Даже зная плетения, у меня не хватит сил, чтобы создать ряд из заявленных артефактов, не говоря уже о том, чтобы разработать их с нуля. А ведь у меня седьмой уровень дара!

Последняя фраза прозвучала с немалой долей хвастовства в голосе. Но я лишь мысленно усмехнулась. Вот так просто выставить себя некомпетентным неучем?

— Если вы не способны собрать артефакт, имея на руках инструкцию со всеми плетениями, да ещё и обладая столь развитым даром, что вы тут делаете? — делано удивилась я, проглатывая рвущуюся наружу язвительность. — Вы даже не гранд-мастер, — ткнула в очевидное. — Сами ведь сказали — часть плетений высшего уровня, в которых вы, как выяснилось, не разбираетесь.

На красивом лице незнакомца, не удостоенного именной таблички, заходили желваки. Он даже привстал со своего места, как наш препод по магоматике, который орал именно в такой позе, но буквально подавился заготовленной речью.

— Оче-е-ень интересно проходит проверка, — из-за спин мужчин раздался протяжный голос Верховного, что устроился рядом с «профессором» — именно так он называл мастера Аврелия.

Теперь уже все повскакивали со своих мест — появление второго по важности человека после короля никого не оставило равнодушным. Я же странным образом испытала облегчение. И тут же задалась вопросом: а как маг тут появился? Явно не через дверь. И не через портал. Неужели он все это время был в зале под невидимостью?

Остальные, судя по взволнованным лицам, подумали о том же самом.

— Грандмастер Ривз, — обратился Верховный к главе гильдии спокойным тоном, — не объясните, что здесь происходит? Где обязательная в таких случаях комиссия? И кто этот молодой человек?

— Рад вас приветствовать, Верховный. Увы, так как сбор был экстренным, не все члены большого круга смогли явиться. Многие находятся у границ разлома для поддержания защиты. Мастер-артефактор Легранд прислан своим наставником в качестве наблюдателя.

— Вот и займите полагающееся вам место, — прозвучал короткий приказ.

Притихший белобрысик под прищуренным взглядом Верховного переместился на лавку, хотя, будь его воля, уверена, он вообще бы предпочел незаметно исчезнуть.

— Довожу до вашего сведения, — весомо обронил Верховный, степенно двигаясь в сторону трибуны для выступающих. По-моему, он был в той же самой одежде, что и вчера. Встав напротив членов комиссии и выдержав паузу, мужчина жестко продолжил: — Джеймс Масквилли, действующий под качественной иллюзией и вымышленным именем Теодора Ла’Вилли, обвиняется в ряде преступлений, таких, как: сокрытие ментального дара, использование запрещенных способностей против одаренных, разработка смертельных артефактов, шантаж высокопоставленных особ, убийства. Так же в его подпольном цеху было найдено более десятка подчиненных магов. Ваших коллег, замечу. Ученики, кстати, ни у кого не исчезали?

— Убийства?.. — переспросил кто-то слабым голосом.

Даже на меня перечень деяний произвел гнетущее впечатление, что уж говорить о неподготовленных, пребывающих в благодушии старичков, с таким рвением защищающих коллегу от произвола наглой выпускницы.

Аристарх Шейн провёл рукой по лбу, как делает человек, когда он сильно не в себе, и затем не сел, а скорей упал на стул.

— Какой ужас, — пробормотал его коллега, присаживаясь рядом.