Я начал обычный ни к чему не обязывающий разговор и проводил гостя за стол. По традиции до десерта о делах не говорили, чтобы не портить аппетит, только о погоде, природе и светских сплетнях. Кажется, эту моду тоже привнесли эльфы, по крайней мере, посол минут пятнадцать разглагольствовал о том, как красиво было минувшее полнолуние и как прекрасен жасмин во дворе посольства в лунном свете. Камилла сидела, будто кол проглотила и практически не притронулась к обеду, и я беспокоился, не стало ли ей нехорошо, но спросить, привлекая внимание к ее проблеме, не решился, поэтому, выгадав момент, незаметно коснулся ее руки. Она едва заметно кивнула, и мы оба вновь сосредоточили свое внимание на после.

Окончания обеда я ждал, будто манны небесной, пока, наконец, слуги не унесли последнее блюдо, и Камилла на правах хозяйки дома первая не поднялась со своего места:

— Пройдемте в малую гостиную, пожалуйста, там подготовлен чай и закуски.

— С удовольствием, леди Роквистер, — улыбнулся посол и подал ей руку.

Камилла глянула на меня чуть растерянно, но приняла.

Я шел за ними и чувствовал, как от посла фонит магией. В его поведении не было вроде бы ничего хоть немного нарушающего этикет, но я все равно подозревал какой-то странный подтекст в его действиях.

В гостиной Клен Опавший Лист проводил Камиллу к дивану, а сам устроился в стоящем напротив кресле. Я остановился у девушки за спиной, чуть коснулся ее плеча, желая поддержать. Посол окинул нас насмешливым взглядом и расслабленно откинулся о спинку кресла. Мановение его руки, и одна из расставленных на столе чашек подплыла к нему по воздуху.

— Очень вкусный сбор, — произнес эльф, попробовав чай, — южные плантации и северные травы? Интересное сочетание.

Мы с Камиллой оба промолчали, ожидая, когда он перейдет к главному.

— Я приехал, чтобы обсудить ваше письмо, герцогиня Камилла Роквистер, урожденная Эйшир.

— Я писала не вам, а родственникам своей матери, — голос Камиллы прозвучал хрипло.

— Так уж сложилось, что я и есть ваш самый близкий родственник, — он возвел глаза к потолку, будто что-то просчитывая: — двоюродный дядя, так, вроде бы, это называется у людей? Мы с вашей матерью Эдельвейс приходились друг другу кузенами по-вашему, хотя никогда и не встречались. Я намного старше ее.

— Какое удивительное совпадение, — пробормотал я.

Он тонко улыбнулся:

— Никаких совпадений. Именно род Опавшего Листа принял на себя тяжкое бремя быть послами при дворе Императора Драконов, ведь наш предок когда-то настоял на заключении мира.

— Бремя? — хмыкнул я, зная, какую власть представляет имеет посол эльфийской автономии.

— Бремя, — кивнул он, — из-за которому представителям нашего рода периодически приходится оплакивать смерть своих детей. Как и мой дядя, который не смог вовремя отослать дочь в эльфийские леса похоронил ее живой и ушел с поста, как только появилась такая возможность.

— Но она прожила еще больше пятнадцати лет и родила нас с братом, — тихо произнесла Камилла.

— И все равно умерла. Не одумалась, не обратилась ко мне, не уехала в лес. К чему продлевать агонию несчастных родителей? Я не сообщал им о судьбе своей кузины, чтобы их не мучить еще сильнее. Ваша бабушка и так ушла в лес забвения на долгие пять лет, пытаясь восстановить свое ментальное здоровье. Теперь мне следует рассказать ей о том, что у нее есть внучка, чтобы через пару недель опять огорошить вестью, что внучка эта мертва?

— Откуда вы знаете? — ахнула Камилла.

— Договорной брак с драконом? О чем вы только думали? Ваше энергетическое состояние... — он покачал головой, будто не находя слов, чтобы выразить, насколько все ужасно.

Глава 8-4

— Договорной брак с драконом? О чем вы только думали? Ваше энергетическое состояние... — он покачал головой, будто не находя слов, чтобы выразить, насколько все ужасно.

— Как вы смеете? — рыкнул я.

— А о чем вы думали, женившись на полуэльфийке с такой сильной природной магией? — не остался Клен в долгу.

— Вы считаете, я сделал это нарочно?!

— Прекратите, — тихий голос Камиллы, тем не менее, прозвучал настолько решительно, что я захлопнул рот, останавливая готовое сорваться с губ предложение ответить за оскорбление в дуэльном круге. Клен явно хотел еще что-то сказать, но тут Камилла откинула с лица вуаль. — Вы ошибаетесь, господин посол, я умирала еще до нашей свадьбы.

Тут наконец-то эльфы растерял всю свою напускную вальяжность. Отставив чашку в сторону, он принялся колдовать, испуская в сторону Камиллы разные диагностирующие заклинания. Мне пришлось отойти в сторону, чтобы не мешать исследованию, но я не удержался от шпильки:

— Обычно жертвы неудачных браков выглядят иначе, не так ли?

— Обычно они просто чахнут, оставаясь такими же прекрасными, как в первый день, — тихо ответила Камилла. — Вы можете определить, что со мной?