— Мне очень жаль, Арвен, — сказала она, прежде чем обратить на меня взгляд своих каштановых глаз. — Это было так опасно и совершенно глупо. Я не могу поверить, что ты согласилась на это, честное слово.

Я почувствовала, как ко мне возвращается слишком знакомая головная боль.

— Из-за тебя мы чуть не погибли, — огрызнулась я. — Как ты мог подумать…

Я захлопнула рот, когда мы проходили мимо двух прогуливающихся часовых в освещенном факелами зале. Мы с Мари улыбнулись — тепло, широко и фальшиво, как шарлатаны.

Они прошли мимо нас, и я приготовилась запустить в нее еще, но она остановилась на галерее, глядя на людей, толпившихся во внутреннем дворе под нами.

Она выглядела потрясенной.

Неужели стрикс так напугал ее?

— Мне нужно было достать амулет, — сказала она. Голос был тихий, как секрет. — Я не могла потерпеть неудачу, — она повернулась ко мне лицом, глаза были серьезными. — Быть лучшей во всем и знать все на свете — вот чего я хочу. Не знаю, возможно, это и есть моя главная цель в жизни.

Раздражение все еще терзало мою кожу, но от ее слов у меня тоже защемило сердце.

— Мари, это неправда, и ты это знаешь. Как ты можешь так говорить?

— У меня не было здесь друзей, когда я росла. Это армейская крепость, ради Камней. Детей было очень мало, и из них девочек отправляли на занятия в Уиллоуридж, а мальчиков учили воевать. Думаю, папа никогда не отсылал меня, потому что не хотел, чтобы я оставалась одна.

Образ маленькой, одинокой Мари с рыжими кудрями, занимающими половину лица, над которой издеваются мальчишки-солдаты и которая прячется в богато украшенном кабинете Кейна, вызвал у меня желание обнять ее.

— Моя мать умерла, родив меня. Я никогда не знала ее, но из того, что рассказывал мне о ней папа, я поняла, что она была блестящей ведьмой и хороша во всем остальном. Он был так очарован ею, и каждый день, когда я росла, он говорил мне, как мы похожи.

— Я любила читать, как и она. Мне было так приятно, что у меня есть что-то, чем я могу гордиться. Чувствовать, что мы с ней похожи. Тогда не имело значения, что обо мне думают. У меня был свой ум, как у моей матери, и это было все, что мне было нужно. Я так боялась потерпеть неудачу в этих заклинаниях, Арвен, потерпеть неудачу в том, в чем она была великолепна, на что я решилась, что чуть не убила нас обеих. Мне очень жаль. Я просто не знала, кем стану, если попробую колдовать и не добьюсь успеха.

Вся ярость выплеснулась из меня, как погасшая свеча.

Я могла сопереживать.

Может быть, не с тем невероятным давлением, которое она на себя оказывала, а с детским одиночеством, которое привело к неправильному выбору во взрослой жизни. По правде говоря, если бы в юности я нашла себе занятие, в котором была бы так же хороша, как Мари в академических кругах, то, возможно, выросла бы с таким чувством собственного достоинства и уверенности, как у нее.

Я повернула ее лицом к себе.

— Мари, если бы ты больше никогда не вытаскивала случайные факты из воздуха, не цитировала текст, о котором я никогда не слышала, не осваивала новое заклинание или перевод, я бы не думала о тебе по-другому. Твой блеск и яростная решимость — лишь два из многих и многих качеств, которые делают тебя моим другом.

Ее глаза засияли.

— Спасибо за эти слова.

— Это правда. Я ужасный лжец.

Мы продолжили прогулку, и на этот раз молчание было приятным — ночной коктейль, сопровождавший прекрасный вечер, который почему-то не закончился нашей смертью.

— Итак, — сказала она через несколько минут. — Мы будем говорить о том, что услышали?

Мои щеки покраснели. Амелия.

— Мое эго все еще не оправилось от того факта, что Кейн, похоже, переспал с половиной королевства, включая столетних ведьм, и не проявляет ко мне никакого интереса, — сказала я. Это была шутка, но она прозвучала не так.

Мари крепко схватила меня за руку и повернула к себе.

— Давай не будем следовать этому пути, — сказала она, помрачнев. — Тебе все равно не нужен такой мужчина. Ты его ненавидишь, и не без оснований. — Ее голос был теплым, но твердым. — Ты — яркий свет, Арвен. А он недостоин тебя.

Я кивнула, но сердце сжалось в груди.

Возможно, как я и думала, Мари не могла точно видеть себя, так и я не могла.

Глава 13

Я изо всех сил колотила по дереву, но на коре почти не оставалось вмятин. Даже когда я представляла себе надменное лицо Кейна или кого-то по имени Амелия, мои попытки оставляли лишь царапины на древесине. После всех утренних часов, проведенных со сталью в руках, мне казалось, что моя сила ничуть не улучшилась.

Я вытерла пот с лица и посмотрела на Дагана.

— Это не обучение. Это бесплатная работа. Если тебе нужно больше дров, Оуэн с радостью согласится помочь.

Даган захихикал, и новизна этого смеха еще не улетучилась. Казалось, ничто не доставляет ему столько радости, как эти утренние занятия. Я не могла понять, то ли он втайне восхищается моим обучением, то ли просто садист. Скорее всего, и то и другое.

— Сделай еще четыре удара, и на этом закончим.