— Стой! — крикнула я. — Иди сюда!

Грим не обратил на меня внимания — должно быть, мертвячка интересовала его намного меньше, чем вкусный, живой и переливающийся силой человек.

Ну уж нет. Я побежала вперед, к гриму, увязая в грязи и выставляя вперед раскрытые ладони. Послала в сторону грима золотистую волну магии упокоения — и ничего не произошло.

Как? Как такое возможно?

Я ведь… Это магия Тьмы, которой обладают умертвия и — некроманты. Именно склонность к этому типу магии делает некромантов теми, кем они являются, дает им силы побеждать нечисть, воздействовать и даже подчинять детей Тьмы.

Я после смерти тоже стала обладательницей такой силы. 

Она должна была сработать — грим должен был просто развеяться, как дым.

Но… 

Тьма знает, что происходит!

— Посмотри на меня! — крикнула я и бросилась на беснующегося грима.

Я ожидала, что пройду сквозь него, как сквозь бесплотного призрака, но неожиданно натолкнулась на животное твердое тело. Я как будто наяву почувствовала острый запах мокрой шерсти, дождя и крови.

ЧТО?!

Я отшатнулась, слишком шокированная, чтобы понять, что происходит. Почему он твердый?! Гримы — бесплотные духи.

Впрочем, грим наконец отвлекся от Рейвена. Медленно повернулся ко мне, тяжело, утробно рыча. 

— Хороший песик, хороший грим, — пробормотала я.

Кажется, мне конец. Я понятия не имела, что за существо передо мной, но… оно было опасным. И, кажется, не только для живых, но и для меня. В конце концов, умертвия — тоже смертны, как бы иронично это ни звучало. Черные нити потянулись ко мне, от страха я не могла пошевелиться.

— Элизабет! 

Мелькнула золотистая вспышка, грим замер, на секунду пропитавшись светом заклинания, и рухнул на землю, как подкошенный, с коротким болезненным звуком. Больше грим не шевелился, только струи дождя барабанили по черной шкуре.

Я подняла взгляд на Рейвена — он стоял, ссутулившись и опершись руками о колени, как будто смертельно устал. Затем он поднял голову и шагнул ко мне.

— Ты в своем уме?! — рявкнул он. — Что ты творишь?!

Лицо Рейвена было перекошено, он был зол. Нет. В ярости. А еще — он был смертельно бледен.

— Глупая ты женщина, ты понимаешь что могла погибнуть?! — Рейвен схватил меня за плечи и встряхнул так, что клацнули зубы. — Ты! Кто тебя научил бросаться в драку, очертя голову?!

Дождь барабанил по нам обоим. Я с недоумением смотрела в злое (и мокрое) лицо Рейвена, в прищуренные серые глаза, на побелевший должно быть от страха и усталости шрам на щеке.

— Но Рейвен…

— Что?! Как ты собираешься оправдывать свою глупость?

— Я умерла много лет назад. 

Он замер, как будто придя в себя. Несколько мгновений мы еще смотрели друг на друга, а затем Рейвен отстранился. Без его рук на плечах стало холодно.

— Это твое задание, леди Фортескью. Если ты сотрудница НекроС, то будь так добра относиться к работе ответственно. Умереть на службе может каждый идиот. Попробуй на ней выжить и принести пользу. Это задачка посложнее. 

— Я поняла, лорд Тенербен, — кивнула я, чувствуя, что сгораю от стыда. 

Проклятье! А ведь он прав!

— И не думайте, что я спущу это с рук. Я напишу рапорт графу Фортескью, где изложу подробнейшим образом ваш вопиющий непрофессионализм. Надеюсь, после этого вас разжалуют. Я приложу к этому все усилия. 

Я сжала зубы.

— Как вам будет удобно, лорд Тенербен. 

Возможно, я поспешила вмешиваться в его схватку с гримом. Пусть бы… Ох, что за мысли!

— Он… умер, да? — прозвучал женский голос, который перекрыл шум дождя, и я обернулась.

Насквозь мокрая девушка в коричневом пальто в пол по-прежнему сидела на земле. Рядом с ней валялась опрокинутая корзинка, девушка огромными от страха глазами смотрела на неподвижного грима. Ее мокрые волосы прилипли к голове, одежда была в грязи.

— Ты ранена! — воскликнула я, увидев, что она пальцами сжимает предплечье. Рукав был разодран в клочья, но тяжелая ткань пальто, должно быть, защитила хоть немного от огромных зубов грима.

Девушка посмотрела на меня и вздрогнула. Страха в огромных глазах стало больше.

— Ты… 

— Умертвие, знаю! — проворчала я, присаживаясь рядом с ней. — Давайте я вас вылечу, а потом вы ткнете в меня вилами, покричите, проклянете. Покажите рану!

Девушка, должно быть, слишком испуганная, чтобы спорить, послушалась.

Благо, и дождь начал стихать.

Хоть что-то хорошее.

Закусив губу, я поднесла ладонь к кровоточащей после укуса ране и закрыла глаза. Сейчас можно было не торопиться. Я нащупала у себя внутри островок прохлады в районе солнечного сплетения, потянулась к нему и позволила тонким "усикам" силы протянуться к ране девушки. Кость не задета, уже хорошо. С остальным проще.

Будь я живой, я лечила бы ее по-другому, а так…

— Используете силу Тьмы для лечения, леди Элизабет? — заинтересованно спросил Рейвен.