Сделалось до жути страшно. Куда я попала? Почему так выгляжу?!

— Что с тобой, Валери? — мужчина схватил за запястье и притянул к себе. — Неужели ты так сильно боишься меня?

Я подняла ошарашенный взгляд на незнакомца. Да, несмотря на нежный танец и все поцелуи, в которых мы страстно сливались, он оставался незнакомцем, и где-то в глубине души я чувствовала исходящую от него большую опасность.

Хищные черты, взгляд, полный власти. Он привык, что его слушаются беспрекословно, падают ниц, не поднимая глаз, выполняют любые приказы.

— Что-то перехотелось есть… — пробормотала я, желая вырваться из захвата.

Капли вина впитывались в белую ткань платья, окрашивая его в красный.

— Тогда я раздену тебя, — сказал “супруг”, потянувшись к завязкам корсета, и тело предательски задрожало от его горячих прикосновений.

Я желала его ласк, но сперва нужно во всём разобраться.

— Не надо, — вывернулась от поцелуя. — Я… сама разденусь… И мне нужно умыться! Где тут ванная?

Меня смерили недовольным взглядом, давая знать, что терпения осталось немного.

— Там, — “супруг” указал на дверь в тёмном углу комнаты и выпустил меня из стального объятия.

Я пулей метнулась в ванную и закрыла дверь на защёлку.

— Ну наконец-то, Лера! — проверещал взбешённый молодой голос. — Я думала, никогда тебя не дождусь и весь план рухнет!

Сперва я подумала, что звук раздаётся у меня в голове.

Я окончательно спятила?

Но, осмотревшись, увидела на раковине карманное зеркальце. Кажется, именно оно и пищало, или у меня точно глюки. Посленаркозные. Мне говорили, такое бывает. Не бойся, говорили, пройдёт…

И я стояла, как вкопанная, подпирая спиной дверь, в ожидании, когда…

— Лера, бездна проклятая! Я в зеркале, подойди, хочу увидеть тебя!

Да-а мне всё это кажется! Точно-точно. Не бывает говорящих зеркал!

Я зажмурилась и покрутила головой.

— Подойди и открой зеркальце, демоны тебя подери, дрянная художница! — гневно прорычала девушка. — Неужели что-то не сработало и она меня не слышит! — вырвался жалобный стон.

Ну, всё. Я сошла с ума. Зеркало ругается чуть ли не матом, теперь плачет. Что же дальше?

— …Если лорд Адальхарт узнает, что мы натворили, убьёт моё бедненькое тельце, и останусь я навсегда в теле этой больной Лерки!

— Убьет?! Нет! Нет! Умирать мне никак нельзя! — воскликнула я и бросилась к зеркальцу. — Я же все деньги на операцию отдала, чтобы вылечиться! Я жить хочу!

Открыв зеркало, я обрадовалась увидев своё отражение. Короткие выцветшие волосы после химии, кислородные трубки на лице, острые скулы и чёрные круги под глазами — в общем, всё в порядке. Главное, живая.

— Наконец-то, Лера… — Отражение с облегчённым выдохом откинуло голову на койку.

Помню, часто так делала, ведь сил долго держать голову у меня давно уже не было. То ли дело сейчас… Я просто изливаюсь силами, стоя в отделанной золотом ванной комнате, всё в которой веяло торжеством. Даже ручки краников были украшены драгоценными камнями. Всё вокруг было настоящим и осязаемым. А там, в зеркальце, будто показывали фильм со знакомой актрисой.

Голова закружилась от недоумения.

— Что со мной происходит? Я ничего не понимаю… — в отчаянии я присела на бортик ванной, взявшись ладонью за лоб.

— Мы с тобой обменялись телами, — проговорила “я” из отражения серыми бесцветными губами, поморщившись от боли. — Я, Валери Нордар, принцесса Мирии, нахожусь в твоём теле, а ты, Валерия Романова, больная раком, в моём! Как ты могла меня так обмануть, Лера?!

— Я? Обмануть?! — с негодованием прошипела я.

4

— Говори тише! — поморщилась “я” из отражения. — У Него хороший слух!

— А сама ты не громко говоришь?! Ты же орёшь! — шикнула я.

— Меня слышишь и видишь только ты. Включи воду, чтобы Он думал, будто ты купаешься!

Трясущейся от происходящего ужаса рукой я потянулась к вентилю и пустила воду в позолоченную круглую купель. В голове пронеслись шальные мысли, что мы идеально разместились бы тут с пеной и свечами вдвоём с тем сексуальным мужчиной.

— Моё зеркало и твой телефон, или как там эта штука называется, связующие артефакты для нас с тобой, — проговорила зазеркальная “я”. — Через них мы можем видеть друг друга, слышать и понимать. Да, мы говорим на разных языках, мы из разных миров, не ширь так мои бедные глаза, я не хочу морщин на лбу в таком возрасте!

— Как? Как всё это возможно? Что случилось? Зачем это всё? Ты сказала, лорд Адальхарт может убить… — сглотнула я. — Кто такой этот Адальхарт?

Смерть, когда ты так близка к жизни, меня действительно пугала. Операция должна была излечить меня. Я очень хотела назад в своё тело. Заботиться о себе, восстанавливаться. Дышать вкуснейшим воздухом, улыбаться солнцу и просто жить!