— Это так! — отвечает она. — Ты и Эрос — идеальная пара: плохой парень и звезда команды, и идеальная девочка из богатой семьи. Тренер хотел забрать у Джастина место квотербека и отдать его Эросу, а я устала быть твоей служанкой. Я должна быть в центре внимания, а не ты!

Она кричит, как сумасшедшая, и я не могу поверить, что всё это происходит. Всё, что она сказала, наполнено завистью и злобой.

— Эрос и ты столько раз наступали нам на шею, что я потеряла счёт... — продолжает она, её голос становится всё более горьким.

— Ваш час мучений настал. — добавляет она с улыбкой, полной злости.

Моё сердце бьётся быстрее, но я стараюсь сохранять спокойствие. Это момент, когда нужно понять, что на самом деле происходит.

— И вы что, собирались убить нас? Вы с ума сошли... — говорю я, отступая на шаг.

— Мы не пытались убить вас, — бормочет Джастин с пола, его голос почти не слышен.

— Ты хочешь сказать, что вы не анонимы? — спрашивает Эрос, злой и недоумевающий. Он выпускает невольный смешок через нос. — Не беси меня.

— Мы распространили видео с пьяной Риз, положили муку в её шкафчик, опубликовали все статьи о вас и начали слухи. Мы сделали много всего. Но мы никогда не пытались убить вас и не отправляли анонимные письма, — отвечает Ариадна. — Нам нужна популярность, а не тюрьма.

И, насколько бы это ни было трудно поверить, она, похоже, говорит правду.

Ариадна и Джастин явно не единственные, кто хотят покончить с нами. Здесь есть что-то большее.

Наши жизни всё ещё в опасности.

Глава 40

ЭРОС

Я пинаю дверь туалета и врываюсь, сжимаю кулаки.

Хочу кричать, хочу ударить кого-то до бессознательного состояния, сесть на мотоцикл и разогнаться до двухсот километров в час по плохо асфальтированной дороге.

Мне нужно выплеснуть гнев каким-то образом, а весенний танец — это не лучший способ сделать это.

— Я просто пыталась тебя защитить! — кричит Риз, входя в туалет за мной.

— А теперь мы все в жопе! — отвечаю я, открывая кран и позволяя воде смыть кровь с моих рук.

Снимаю пиджак смокинга и бросаю его в сторону, потом закатываю рукава рубашки и расстегиваю несколько пуговиц, чтобы умыть лицо, на котором тоже кровь Джастина.

Использую воду, чтобы прополоскать рот — этот отвратительный поцелуй с сумасшедшей сучкой Ариадной до сих пор не выходит у меня из головы. Буду мучиться от кошмаров.

Риз достает свой мобильник из сумки, молча включает запись. Я останавливаюсь, чтобы послушать, в то время как мы оба смотрим друг на друга в зеркале.

Слышно Ариадну, признавшись во всем, что они сделали против нас. Включая то, что сделали с видео. Запись останавливается, и Риз снова убирает мобильник в сумку, ожидая.

— Ну что? — спрашивает, скрестив руки.

Я подхожу к ней и кладу руки ей на задницу, прежде чем начать страстно целовать её. Просто делаю это, не думая, как нечто неизбежное.

— Мне пришла в голову идеальная идея, как выплеснуть свой гнев... — пробормотал я ей на губы, пока моя рука поднималась по её бедру. Злость переплелась с желанием поцеловать её, и сейчас я даже не могу думать ясно.

— Вот оно! Газеты! — воскликнула она, отстранившись, посреди нашего поцелуя.

Что?  

— О чём, чёрт возьми, ты думала, пока я целовал тебя, говоря, что хочу заняться этим в чёртовом кабинке? — спросил я, раздражённый.

— Прости. — извиняется она невинно. — Просто никто не должен узнать, что случилось за кулисами. Я имею в виду, это видели только несколько человек, включая тебя, меня и моего отца. Все остальные видели только это видео обо мне.

— Что ты имеешь в виду?

— Если Ариадна и Джастин опубликовали всё это в газете без каких-либо препятствий, мы тоже можем. Нужно опередить их и опубликовать газету, где мы оба будем выглядеть как жертвы. Сейчас в зале аудиовизуальных материалов никого не будет, это идеальный момент.

— Черт возьми, Риз, если ты будешь так продолжать, я не смогу себя сдерживать, — говорю я с полной искренностью. У меня эрекция в чертовых штанах, и каждый раз, когда она говорит так, ситуация только ухудшается. Она чертовски гениальна.

— После того как мы это опубликуем, мы поговорим с моим отцом и покажем ему запись, где Ариадна всё признаёт.

— Подойди сюда. — говорю, снова хватая её за талию и прижимая к себе, чтобы она поняла, что я переживаю.

Я перешел от злости к ярости меньше чем за две минуты из-за неё. Она не имеет ни малейшего представления о том, что может со мной сделать.  

— Нет времени на это, давай уходим, пока не закончился танец, — говорит она, беря меня за руку, чтобы выйти через дверь. — Я тебе это компенсирую позже.

К счастью для меня, когда мы добрались до аудиовизуального зала, я уже был готов к мести как морально, так и физически, хотя я не собираюсь забывать это. Я отомщу ей позже, и в этот раз без всяких списков.

Риз включает компьютер и начинает писать.

"Что произошло на весеннем балу?