— Для чего нужен брак с Жаровым? — спрашиваю раздраженно.

— Ты же знаешь, что у Романа пунктик. Он сам нагулянный ребёнок. Его сестра потом тоже нагуляла дитя и принесла его родителям на воспитание. Брак — это своего рода безопасность. А Ярик… он, конечно, хороший парень, но очень ветреный и непостоянный. Как пить дать поиграет с тобой и бросит! Роман не хочет, чтобы тобой воспользовались. Пойми, он действует в твоих же интересах!

— Я не верю в благородство отчима. Уж прости.

— Между прочим, Ярослав сам выдвинул это предложение. Он захотел тебя забрать, Роман не отпускал. Слово за слово. И мужчины пришли к единственно верному решению.

Сам выдвинул предложение? О. Боже. Мой.

Мы с мамой сходимся на том, что я немного остыну и подумаю. И все оставшиеся дни до понедельника я почти не выхожу из комнаты. Занимаюсь подработкой, много читаю и переписываюсь с подругой Женькой. Та пищит от радости, когда я рассказываю ей возмутившую меня новость.

Бабуля украдкой приносит мне еду и просит не пороть горячку, когда я, жалуясь ей на отчима, говорю о том, что вовсе не хочу никуда переезжать и лечиться. Быть может, лучше прожить по прогнозированному сценарию Яра?

В понедельник утром его чёрный внедорожник вновь стоит у ворот. Я так волнуюсь, когда вижу Жарова сквозь затемнённое стекло… Ладони потеют, дыхание срывается.

Отчим стучит в комнату и просит поторопиться. Он едет с нами в реабилитационный центр. Хочет лично всё проконтролировать.

Мать тащит мои костыли из кладовки и просит не нагружать сильно ногу. Я храбрюсь и не соглашаюсь, но потом сдаюсь. Пусть Яр видит, за кого он вписался. Дурачок.

Подталкиваемая родственниками, я выхожу на улицу. Опустив глаза в пол, с помощью костылей дохожу до машины. Яр выходит мне навстречу, открывает дверь и, осторожно придерживая меня за локоть, помогает сесть на переднее сидение.

Сгорая от смущения и неловкости, потому что за нами наблюдают все, кому не лень, поднимаю на Жарова взгляд. Он, как обычно, спокойный и сдержанный. Вот бы и мне такой быть!

— Яр… Если тебя заставили, то просто моргни, — прошу его шёпотом.

Карие глаза впиваются в мои. В них насмешка и… непоколебимость.

— Зачем, Яр? Просто ответь: зачем?

— Слишком много вопросов, — отвечает ровным голосом Жаров. — Существуют человеческие принципы и чувства. И у меня они есть.

— Влад понял бы тебя, если бы ты поступил иначе. Мой отчим сумасшедший! Не слушай его. Ведь взять себе в жёны калеку — это верх безрассудства!

— Считай, что у меня извращённые пристрастия, Соня.

Глава 7.

***

В реабилитационный центр мы приезжаем спустя полтора часа. Это трёхэтажное здание с приветливым персоналом и новейшим оборудованием. В дороге я успела изучить отзывы пациентов, которые завершили здесь курс лечения. Они оценивают работу центра на отлично.

Пока Яр занимается организационными моментами, мы с отчимом сидим в холле и листаем журналы. Моё волнение достигает пика. Вдруг в этом центре шансов на восстановление дадут ещё меньше, чем там, где я обследовалась сразу же после травмы? Что, если всё напрасно, а я успела немного воспрянуть духом?

— Симпатично здесь, — произносит отчим, отложив журнал на край стеклянного столика.

— Да, неплохо.

— Ты это… не ерепенься только, Соня. Характер у тебя паршивый, озвученные слова ты зачастую не контролируешь. Скажи спасибо, что вообще замуж берут с такими-то характеристиками.

— Спасибо за совет, Роман Геннадьевич, — цежу сквозь зубы.

Он то ли смеется, то ли хрюкает. Поправляет красный галстук. Я слышала, как утром отчим попросил маму достать и погладить его новый костюм, который он обычно надевает для самых серьезных поводов. Похоже, он крепко взялся за возможность сплавить меня замуж за Ярослава Жарова. И заодно с ним породниться.

Спустя десять минут тягостного ожидания нас приглашают в кабинет. Я беру костыли и передвигаюсь в указанную сторону. Яр внутрь не заходит. Только отчим. Тот зачем-то лично контролирует каждый мой шаг.

Врачом оказывается молодой мужчина примерно тридцати пяти лет. Он изучает прошлые снимки и заключения. Внимательно осматривает ногу и предлагает сделать повторное обследование. Я соглашаюсь.

После этого реабилитолог составляет программу восстановления, которая включает физиотерапевтические процедуры, массаж, мануальные техники и специальные тренировки. В перерывах между сеансами я должна буду самостоятельно в домашних условиях выполнять упражнения. В целом на полное восстановление потребуется примерно два-три месяца.

Я внимательно слушаю каждое слово. Реабилитолог спокойно реагирует на то, что я планирую вернуться в спорт. Планирую это, конечно же, громко сказано. Я хочу. Просто очень сильно хочу хотя бы однажды прикоснуться к прошлому образу жизни. И если меня обещают поставить на ноги, то я приложу максимум усилий, которые от меня потребуются.