— Какой необычный случай… — Он нахмурился. — Я слышал, что при высокой температуре возможны подобные осложнения из-за проблем с сосудами головного мозга, но полная потеря памяти после болотной лихорадки… Возможно, вам нужно немного отдохнуть и все восстановится. В любом случае я бы посоветовал вам проконсультироваться у лекаря более высокой категории. Моих возможностей для диагностики вашей мозговой активности недостаточно.

— Спасибо, — поблагодарила я и мысленно выдохнула: меня не заклеймили симулянткой или незаконной переселенкой в чужое тело. Уже хорошо.

— Я понимаю, что специалист такого уровня не всем по карману, но все же очень настойчиво рекомендую к нему обратиться, — очень серьезно настаивал лекарь. — Давайте я еще раз вас на всякий случай осмотрю.

Он снова прошелся руками вдоль моего тела, задержавшись у головы.

— Нет, — нахмурился, — ничего не вижу.

Я тяжело вздохнула и посмотрела на лекаря, желая, чтобы он поскорее удалился.

— Элис, — внезапно другим тоном заговорил он, и я удивленно хлопнула ресницами. Зато узнала свое имя. — У вас удивительно красивые глаза. Если у вас возникнут какие-то проблемы, и не только со здоровьем, или появится желание прогуляться по городу и посмотреть достопримечательности, я с удовольствием стану вашим гидом. Вот, держите номер моего аппарата. — И протянул мне какую-то карточку.

— Ага, — только и смогла я кивнуть и уже после его ухода осознала, что он со мной флиртовал.

Н-да, подзабытое чувство. Да и не сказать, что я рада такому вниманию от лекаря, но… бодрит.

— Госпожа, может, вам нужна какая-то помощь? — Люси так и осталась в комнате, воровато оглядываясь.

Видно, решила, что если у меня проблемы с памятью, то можно что-нибудь «приклеить к своим рукам», а я этого даже не пойму. Ну уж нет. Вчерашний ее разговор я хорошо помню и в своих вещах предпочту разобраться сама. Может, хоть там отыщу ответ, кто я такая, куда направлялась и зачем.

Глава 3. Поиски

Наверное, я должна переживать, что заняла чье-то тело, но не получалось. Я всегда верила в бога как в некую высшую силу, которая зачем-то создала людей и искренне хочет, чтобы они были счастливы. Более истово верить в силу советского воспитания не получалось. А еще почему-то думалось, что если человек не сидит сложа руки и живет по чести, то и бог ему поможет. Можно сколько угодно бить челом об пол в церкви, но если выходишь из нее и делаешь подлости и гадости, то смысла в этом челобитии нет. Хотя в церковь я любила иногда заходить. Не понимала и половины обрядов, но на душе становилось светлее.

И вот если я по непонятной причине не умерла, а оказалась тут, то уж точно не потому, что так сошлись звезды. Мне дали второй шанс. Почему? А бог его знает. Но если мне его подарили, то отказываться от этого шанса грех, и нужно сделать все, чтобы… что? Не закончить эту жизнь в психушке, на костре или в лаборатории? Или чтобы прожить ее счастливо? Счастье вообще материя сложная, ускользающая и происходит не от внешних факторов, а от того, что у человека внутри, но этот вариант мне нравится гораздо больше.

Выпроводив служанку, я стала искать свою дамскую сумочку — не верила, что здесь у женщин их нет, — и тот самый чемодан, о котором грезила Люси. По сути, у меня больше ничего и не было. Хорошо, что услуги лекаря уже оплачены, а на сколько дней оплачено жилье? Не придется ли мне уже сегодня выселяться? И куда идти?

В задумчивости остановилась у кровати.

Как вариант, можно отправиться к местному начальству или в полицию и заявить, что потеряла память и потому ищу родственников. Думаю, их сумеют найти, если они есть. Но тогда передо мной встает другой вопрос, вернее, много вопросов: не догадаются ли родственники по моему изменившемуся поведению, что я вовсе не та, за кого себя выдаю? Имею ли я моральное право пользоваться родственными связями? Имею ли я право скрыть от родственников этой девушки, что она умерла? И что за этим последует — психушка, костер, лаборатория?

А может, такие переселения душ в этом мире нередки и стоит честно признаться служителям закона, чтобы легализоваться? Голова пухла от множества противоречивых мыслей. Усилием воли задвинула их подальше и сосредоточилась на том, что могла сделать здесь и сейчас.

Для начала заглянула в сундук и обнаружила там довольно вместительный ридикюль. В нем я нашла маленькое зеркальце, расческу, шпильки, шелковый платок с монограммой «ЭКВ», бумажный пакетик с какими-то орешками, флакон духов — аромат мне понравился, — какие-то штучки, подозрительно похожие на прокладки, еще несколько непонятных вещиц и, самое главное, маленький кошелек и сложенные в конверт документы — поняла это по переливающимся печатям внизу листов.