Джентльмены переглядывались между собой, ничего не понимая, а Белла вдруг почувствовала, что ей стало намного легче, ведь она совершенно не представляла, как начать разговор. Пока она шла к палате Дарлинов, готовила речь, перебирая разные варианты, а адепты, можно сказать, сами того не подозревая, ей помогли.

— Мисс Харрис, простите нас, ради Пресветлой!

Роберт Стен вышел вперед, больше всех растерянный. Молодой человек догадался, что та, за кем он ухаживал в последнее время, слышала его слова, и теперь чувствовал себя хуже некуда, ведь он искренне уважал девушку.

— Мы повели себя недостойно для джентльменов. И я больше всех. — Стен склонил перед Беллой светлую голову.

— Мисс Харрис, простите!

— Мисс Белла, не обижайтесь!

— Леди, что нам сделать, чтобы вы не сердились?

— Сэр Роберт, господа, вы, действительно, удивили меня своей беседой, но я понимаю, что она не была предназначена для моих ушей. — Сухо заметила Белла, спокойным взглядом обводя расстроенные лица адептов. Для этого ей пришлось хорошенько запрокинуть голову, так как все молодые люди были выше нее на голову или две. — Поскольку я слишком хорошо всех вас знаю, то понимаю, что оскорбить меня не было вашей целью, как и посмеяться надо мной.

— Нет, конечно! — за всех твердо ответил Кеннет Дарлин, сверкнув серыми глазами.

Белла узнала друга по длине волос. У Джереми после лечения волосы немного обрезали, и они стали короче, чем у Кена, а с недавнего времени ещё и потемнели немного. А так, когда братья стояли рядом, в одинаковых больничных пижамах, которые леди Дарлин заставила надеть всех адептов, отличить их было очень сложно.

— Мисс Харрис, ни я, ни Кен, ни любой другой из присутствующих здесь джентльменов никогда не посмеет обидеть вас ни поступком, ни словом, — твердо проговорил Джереми Дарлин. — Здесь мы подсмеивались, скорее, друг над другом. По-дружески, конечно.

Девушка встретила прямой и открытый взгляд Джера, и сердце тут же словно вздрогнуло и забилось как-то по-другому — по особому: рвано, гулко, быстро.

Неожиданно и совершенно не к месту Белла подумала, что очень рада тому, что Джереми Дарлин, несмотря на свои тяжелейшие ранения, выздоравливает так же быстро, как другие адепты. И выглядит почти так же, как раньше, за некоторым исключением: бледнее, чем обычно, немного похудел за прошедшие дни, а мелкие шрамы на лице делали его суровее и старше.

— Я знаю это, сэр, поэтому не сержусь, — мягко проговорила девушка. — Но, надеюсь, что в будущем вы все же будете находить другие темы для разговоров и шуток, не связанные со мной.

Как только Белла произнесла последнюю фразу, тут же поняла, что она была лишней — как раз через один – два дня адепты, скорее всего, только и будут говорить о ней и связанных с ней метаморфозах.

Мисс Харрис мысленно вздохнула: «Может быть, мне повезет и изменения, которые со мной произойдут, никого особо не заинтересуют?»

«Ты действительно в это веришь? — с явным скепсисом отозвался внутренний голос. — Ты, определенно, очень наивна».

Со всех сторон послышались облегченные выдохи и обещания, и Белле стало приятно, что ее друзья начали переживать, а ее слова их успокоили.

— Бель, что вы имели в виду, когда заявили, что Себастьян совершенно прав в своих подозрениях?

Среди множества мужских лиц, ещё бледных и покрытых шрамами после лечения, Белла вновь нашла лицо Джереми Дарлина, теперь хмурое и озадаченное. На лицах других джентльменов застыло не менее удивленное выражение.

— Моя внешность — не совсем моя.

В наступившей тишине спокойный негромкий голос Беллы прозвучал так, что девушку все услышали. А она вдруг заметила, что выражение лица Себастьяна Роя резко отличалось от других: оно ничего не выражало и словно закаменело. Черные глаза на бледном мужском лице напоминали блестящие угли, которые почти физически прожигали девушку.

На миг мисс Харрис растерялась под этим пристальным взглядом, который одновременно обжигал и затягивал в опасный черный водоворот. Неужели мистера Роя так сильно обеспокоило то, что она скрывала свою настоящую внешность? С чего бы?

Память вдруг услужливо подкинула картины из прошлого. Первый красавец академии магии, один из лучших адептов, сэр Себастьян Рой, наследник древнего рода боевых магов, постоянно находился в окружении девушек, не важно где он находился, в академии или на светском мероприятии Сент-Эдмундса. И всегда молодой человек имел совершенно снисходительный вид.

Белла вспоминала также тайную дуэль, в которой два года назад участвовал этот неспокойный джентльмен.

И ещё одну… не такую давнюю. Не кулачные бои, а именно магические дуэли, запрещенные законом, в результате которых были ранены соперники Себастьяна. А Кеннет Дарлин ночью выдергивал девушку из постели для помощи раненым джентльменам. В первый раз соперником Роя оказался старшекурсник академии, во второй — незнакомый Белле приезжий молодой господин.