Почти бегу за Марковым, который хватает пальто на выходе и спешит вырваться из помещения, которое, как мне кажется, стало тесным с появлением его жены. Одеваюсь на ходу, перекидывая сумку на другую руку и радуясь, что могу прикрыть испачканную юбку верхней одеждой. Босс обходит машину, предлагая мне устроиться самой, и, оказавшись на заднем сиденье, прикрывает глаза ладонью.

– Игорь, через четыре квартала будет химчистка. Остановись.

Пропускаю распоряжение, решив, что ко мне оно не относится, и кручу в руках телефон, борясь с желанием написать Лене. Да, жена имеется, но и сложные отношения тоже. Настолько, что между супругами чувствуется тотальное напряжение. Вряд ли они живут под одной крышей, но в таком случае возникает вопрос, почему подруга ещё не заняла место Юлианны? Или Марков ждёт окончания бракоразводного процесса, чтобы супруга не бросалась в него обвинениями?

– Пойдёмте, – покидает машину, а я тороплюсь следом, а когда оказываемся внутри, босс командует: – Снимайте юбку.

– Зачем? – оторопело смотрю на него.

– Чтобы избавиться от пятна. Снимайте.

– А как я… – осматриваю себя. – Не буду же я голой. Наполовину.

– У вас пальто по колено. Достаточно, чтобы прикрыть критические зоны.

Ухмыляюсь странному словосочетанию. Мог бы сказать голую задницу. Не голую, конечно, потому как на мне есть трусы, и всё же. Расстёгиваю юбку, а затем стягиваю по ногам, стараясь аккуратно обойти обувь и одновременно поправить пальто. Передаю Маркову, который отдаёт вещь сотруднице с дополнением «нам очень срочно».

Не знаю, сколько предстоит провести в ожидании, но босс отходит к окну и застывает, всматриваясь в поток машин и пробегающих людей. Уверена, он размышляет о встрече в ресторане. Подхожу, остановившись рядом, но соблюдая дистанцию.

– Прошу прощения за сцену в ресторане. Юля бывает несдержанной. Особенно со мной.

– Будем считать, что я не слышала вашего разговора.

– Зато слышали все посетители ресторана, – короткий смешок, показывающий, что он и сам всё понимает.

– Не можете договориться?

Марков словно не слышит моего вопроса, не сводя взгляда с людей, стоящих на пешеходном переходе. Я не ждала ответа, лишь попыталась поддержать беседу, которую он сам начал.

– Форма организации моей компании – закрытое акционерное общество. Акции распределены между мной, сестрой, отцом и Юлианной. В случае желания продажи пакета, акционер обязан уведомить остальных, и уже после их отказа, предлагать кому-то на стороне. Но она хочет обойти этот пункт и продать их третьему лицу.

– Почему?

– Вы и ответьте мне – почему? – Переводит на меня взгляд, а я теряюсь, словно должна быть в курсе планов жены Маркова. – С женской точки зрения. Доставить мне как можно больше проблем?

– Возможно. Если она обижена. Я же не в курсе причины вашего развода.

– А нет причины. – Босс меня удивляет. – Восемь месяцев назад Юлианна объявила мне, что подала на развод. Да, проблемы в отношениях у нас были по разным причинам, но разводиться я не планировал.

– Спросить не пробовали?

– Пробовал, – пожимает плечами. – Только ответа не получил.

– Вы ей не изменяли? – Спрашиваю осторожно, зная ответ на этот вопрос, но решаю проверить, готов ли босс к откровенности.

– Нет. Что бы она там себе ни придумала, за десять лет подобного себе не позволял.

И теперь моя очередь усмехнуться. Откровенная ложь. А как же Лена и ласковое «капибарчик», которым она именует возлюбленного? Он, конечно же, не может знать, что женщина, в постели которой он проводит время, приходится мне подругой.

– А она?

– Надеюсь, что нет.

– Знаете, Александр Алексеевич, чтобы женщина подала на развод без объяснения причин, как вы выразились, причины всё же быть должны. Может, что-то другое? Унижали, били или пили?

– Нет. По всем трём пунктам.

– Финансовые трудности? – Вопрос глупый, учитывая, на каком автомобиле мы приехали, но вдруг Марков просто жмот.

– В средствах не ограничивал.

– Может… – формулирую вопрос, чтобы не показаться бестактной, – проблемы в интимном плане?

Он резко переводит взгляд на меня, откровенно удивляясь и заставляя чувствовать себя некомфортно, а после тяжело вздыхает.

– Нареканий с её стороны никогда не было.

– Возможно, проблемы в отношениях с вашими родственниками? Или с её родными.

– У неё только мать, которая давно живёт за границей. И неплохо живёт, если честно. С моей… Как у всех. Даже если отцу и матери она не нравилась, никогда не говорили. Моя жизнь, моя жена, моя семья – мне принимать решения. Несколько раз спрашивали о внуках, но палку не перегибали.

– Простите за вопрос, но может, дело в детях?

– С самого начала мы решили, что торопиться не будем, но и в случае беременности будем рады. Всё случится само, когда нужно. Но так и не случилось.

– А вы хотели детей?

– Наверное, – взгляд Маркова всё ещё устремлён в окно. – Да и пора уже.

– Может, дело в этом? Вы особого рвения не проявляли, а она не осмелилась сказать.