Аури и Сибилле предстояло многое наверстать. Аури рассказала своей новой подруге обо всем, что произошло с ней с тех пор, как она начала учиться в школе, в том числе и о новостях, а Сибил поведала Аури о своих столкновениях с печально известной группой «Линель и лакеи» — так Сибил называла это явление. Аури понравилось. В ней было изящество. Искрометность. И аллитерация. Круз бы гордился.

— Еще раз.

Аури шумно выдохнула и плюхнулась обратно на кровать. Сибил настояла на том, чтобы она забралась к ней на кровать, чтобы они могли посмотреть повтор «Дневников вампира», но вместо этого они все время разговаривали.

— Подруга, я уже говорила тебе семь раз.

Сибил посчитала на руках.

— Не-а. Ты сказала мне только шесть раз.

После тихого смеха Аури снова рассказала подруге о том, как впервые увидела Круза читающим в классе и как была очарована, слушая его стихи.

— Я тоже была очарована им, только это не имело ничего общего с его поэзией.

— Правда? — они снова захихикали и все еще хихикали, когда медбрат по имени Джесси, если верить его бейджику, вошёл с газировкой и сэндвичами.

Он улыбнулся им.

— Птичка напела мне, что вам обоим нравится «Апельсиновый краш».

Они посмотрели друг на друга.

— Тебе тоже нравится? — удивлённо спросила Аури.

— Это мой любимый.

Она откупорила банку и посмотрела на Аури.

— Как будто мы созданы друг для друга.

— Согласна.

— Это ветчина и сыр, но я могу принести что-нибудь другое, если хотите.

— Нет, — сказала Сибил, — они великолепны. Спасибо.

— Приятного аппетита.

Когда он уходил, они, естественно, говорили о том, какой он милый.

— Сестринское дело — отличная профессия. — сказала Сибил. Она откусила кусочек, а потом добавила. — Ему стоит продолжить учёбу и стать ассистентом врача. Они зарабатывают еще больше денег.

Аури сделала огромный глоток оранжевого напитка.

— Я думала о том, чтобы пойти в медицину.

— Ты передумала?

— Да. Мне кажется, я слишком похожа на свою маму. Думаю, мне нужно пойти в правоохранительные органы.

— Правда? — сказала Сибил, повернувшись к ней лицом. — Это восхитительно. Не думаю, что я смогла бы заниматься чем-то подобным.

— Почему? У тебя хорошо получаются головоломки. Это половина успеха.

— Да, но я не умею общаться с людьми.

— Ты хорошо ладишь со мной.

Сибил засияла.

— Да, правда? — она откусила еще кусочек, а потом сказала:-Ладно, правда, еще раз.

Аури уступила и через мгновение заставила подругу вздохнуть в щенячьем любовном блаженстве. Затем она прослезилась.

— Мне так жаль, что с тобой все так случилось.

Сибил пожала плечами и уклонилась, пытаясь прикинуться, что ничего страшного не произошло, хотя это было совсем не так. Это преследовало бедняжку всю её жизнь, и вот теперь все почти закончилось. Этот глубокий страх, которого она так долго ждала. Аури не могла представить, что она чувствует, да и не притворялась.

— Теперь тебе стало легче? Прекратятся ли сны?

— Не знаю. Мой день рождения только завтра. Думаю, послезавтра мне станет легче.

Аури кивнула в знак понимания и сонно улыбнулась, когда веки Сибил начали закрываться.

— Я так рада, что ты здесь, Аури.

— Я тоже, Сибил.

— О, я только что кое-что вспомнила, — сказала она, её голос становился все более и более далёким. — Он сказал мне, что сделал все для моей мамы. Человек, который забрал меня. Он сказал, что она должна знать, каково это.

— Что? — тревога охватила Аури. Она должна была немедленно рассказать матери. И она бы тоже это сделала, если бы только могла… проснуться… проснуться.

 

***

 

Сан проверила, как команда обрабатывает колодезный домик, а затем забрала Квинси со станции, чтобы выпить кофе и съесть сэндвич в «Кофеин-Ва». Она решила отправить помощника Салазара присмотреть за Сибил и, если возможно, поговорить с ней о случившемся. Салазар была настоящей душкой, просто она еще не знала об этом.

Она умела располагать людей к себе.

К сожалению, у этого была и обратная сторона. Из-за её милого нрава люди часто недооценивали молодого помощника. Надеюсь, со временем это изменится.

Зи встретила их в кафе, и Ричард с Рики мгновенно влюбились в потрясающую красавицу. Но все обошлось. Зи мгновенно влюбилась в их подводку для глаз, и Сан поняла, что у нее под носом может оказаться способ получить информацию о тайном святилище макияжа баристов. Или под её левым локтем.

— Как он? — спросила Сан у Квинси, когда они уселись за стол с едой.

Он перестал жевать и заговорил через полный рот

— Монте-Кристо?.

— Черт. Нет.

Она уставилась на него. Ее лучший друг. Ее самый надёжный доверенный человек.

— Почему «нет»? Я шериф, который проверяет задержанного, находящегося под моей опекой.

Он сглотнул.

— Нет. Тебе придется пойти и поговорить с ним. Я отказываюсь быть посредником.

— Но он не будет со мной разговаривать. Возможно, больше никогда. И он действительно признался в убийстве.

— Да, чтобы его сестра не попала в тюрьму, — сказала Зи.

— Пожалуйста, она не имеет к этому никакого отношения. Сан откусила кусочек, а потом сказал:

— Ребята, мы что-то упускаем.