Это он сейчас о чём?! О сделке, которые я провожу пару раз в неделю в течение пяти лет?! Или о спектакле дочери? Или ещё о чём-то пока мне неизвестном?!

- Лидия Михайловна, рад был нашей встрече. Надеюсь, скоро увидимся? – отец переключается на мою помощницу.

- О, мне тоже было очень приятно пообщаться с вами, – искренне восклицает Лида, улыбаясь так открыто и тепло, что я несколько раз моргаю, чтобы прозреть от морока.

Это точно моя Гадина? Столько децибел света от неё ещё никогда не исходило. Так и ослепнуть можно.

Отец протягивает ей руку на прощание, которую Лида, явно смущаясь! (О боги!) пожимает.

- Вы создавали потрясающие проекты, – щебечет рыжеволосый ангел, – и я с радостью работаю в вашей компании все десять лет. Ну… последние пять немного с меньшей радостью, но всё же…

А нет… показалось. Ведьма снова на метле.

- Ну, возможно, Лидия Михайловна, вам удастся выправить эту ситуацию? – улыбается отец, не отпуская её ладони.

- Ну как вам сказать… – скромно улыбается Гадина. – Мы с Марком Никитичем ищем правильные точки соприкосновения для оптимизации нашей работы на благо компании.

- И как? Нашли? – батя едва ли не хохочет.

- В процессе. Но ваш сын очень старается. Такой упорный. Вас напоминает.

О да! Я очень старательный: стараюсь не закончить свой рабочий день убийством собственной помощницы.

- Мне пора, – встреваю в их диалог обо мне, как если он без меня тут проходит.

- О да! – вскидывается Гадина, бросая взгляд на своё запястье с часами. Вот ненавижу эти её часы! – Нам пора выезжать на объекты. До свидания, Никита Сергеевич.

- До свидания, Лидия Михайловна, – тоже тепло прощается батя.

Кивнув мне, подхватывает локоть охреневшего в конец молчаливого Кешу, и оба уходят в сторону лифтов.

Гадина же, не дожидаясь меня, выдвигается в сторону приёмной. Я следом, так как меня мучает один вопрос.

- А почему в предложении насчёт об объектах прозвучало «мы»? – вываливаю вслух свои опасения.

На объект я с ней не поеду! Хватит того, что я её в офисе терплю!

- Я ваша помощница, Марк Никитич, и должна вас постоянно сопровождать. Выезд на объекты застройки входит в число моих обязанностей. Я же не могу начислять себе зарплату просто так!

Я её убью!

А вот Лида, не ведая моих уголовных желаний, спокойно собирается. Достаёт из шкафа свою большую сумку-портфель, плащ, так как сегодня прохладно и моросит мелкий дождь. Потом наклоняется за чем-то в недра шкафа, выставив мне на обозрение свою аппетитную попу, затянутую в узкую юбку до колена. Я вижу в разрезе юбки кружевной край её чёрных чулок и в голове что-то замыкает.

Шагаю к ней как раз в тот момент, когда она выпрямляется. Охваченный желанием сотворить с этой ведьмой хоть что-то, я не сразу замечаю в её руке пакет.

- Твою же мать! – сипло рычу я, когда увесистое содержимое этого пакета врезается мне в пах.

- Марк Никитич, да вы-то как тут оказались?! – сердито ругается Гадина, извлекая из проклятого пакета большие и явно тяжёлые резиновые сапоги.

Этой бессердечной гадине всё равно на мои страдания. Она аккуратно ставит обувь на пол рядом с собой, и наконец-то, смотрит на меня.

- Ну что вам льда подать? А то не дай бог, отёк случится, – с иронией усмехается помощница и снова смотрит на своё запястье с часами. – Тем более нам пора выезжать, можем опоздать на …

Я в миг забываю о боли. В один шаг оказываюсь рядом с ней и хватаю одной рукой за талию, второй – за шею. В первую секунду хочу придушить ведьму, но …

Гадина широко распахивает глаза, когда чувствует плотный обхват моих пальцев на своём горле. Вот только в её взгляде сплошное возмущение и ни капли страха. Кажется, даже эти жёлтые крапинки на зелёном фоне её радужки смеются надо мной.

- Как же ты меня заебала, Лидия Михайловна, – рычу я и с остервенеем впиваюсь в её губы.

Вот пусть сейчас только попробует не поцеловать меня в ответ! Я её тогда точно придушу!