- Готова расплачиваться за своё плохое поведение? – хриплым от возбуждения голосом спрашивает Гена… у Марты, как я понимаю, но не факт. Не факт.

- Готова, мой господин.

Девица забирается на нашу кровать, принимает коленно-локтевую позу и оттопыривает задницу.

Мой выход. Гена как раз спускает брюки с бёдер, когда я становлюсь в проходе и стучу костяшкой пальца по арке, привлекая их внимание:

- Я вам не помешаю, голубки? 3. Визуалы

Знакомимся с нашими героями

Скворцова Александра

Нашей героине 33 года. Владеет сетью салонов красоты. Девушка с характером, себя в обиду не даст, борец за справедливость, не терпит ложь. Мечтает стать мамой.

Скворцов Геннадий

Муж (пока ещё муж) Александры. 40 лет. Владеет сетью салонов по продаже элитных автомобилей. Казался Саше лучшим мужчиной и верным мужем, но всё оказалось лишь красивой картинкой.

4. Глава 3

Гена замирает со спущенными до щиколоток штанами.

Раньше вид мужа со вздыбленными трусами в области паха меня возбуждал. Ну или, как минимум, настраивал на игривый лад.

Сейчас я испытываю отвращение. Перевожу взгляд с его дружка на рубашку с оторванными пуговицами, поднимаюсь выше к лицу.

Встречаемся взглядами. Он в шоке. Не ожидал, что я окажусь дома.

- Саш, а ты чего дома? Ты же в больнице должна быть.

- Помешала планам? – спрашиваю с улыбкой, кивая на кровать.

Девица оказывается не робкого десятка. Она сидит на моих простынях с гордо поднятой головой. Грудь вперёд, даже не прикрывается. На меня смотрит вызывающе. Мол, что я ей сделаю. Считает себя хозяйкой положения. Эх, святая наивность.

- Как прошла подсадка? – спрашивает Гена, а я приподнимаю бровь в удивлении.

- Ты, правда, считаешь, что я буду это обсуждать в присутствии твоей шлюхи? – выплёвываю последнее слово и снова на смотрю на девицу.

Её лицо краснеет. Глаза суживаются. Она надувает щёки в возмущении, но голос пока не решается подать. И правильно, ей лучше пока молчать.

- Саш…

- А хотя чего стесняться, да? Она ведь в курсе всех моих операций.

Гена хлопает ресницами. Кажется, до него не доходит, что я слышала его разговор с любовницей. А вот девушка оказывается с мозгами.

- Вообще-то, - тянет она, - подслушивать чужие разговоры некрасиво.

Ну, тварь. Я в одну секунду оказываюсь рядом. Хватаю её за волосы, наматывая на кулак, и дёргаю с кровати. Она визжит так, будто я ножом её режу. Тут же подтягиваю её вверх и рычу на ухо:

- Некрасиво с чужими мужьями спать. И приходить в чужой дом, чтобы потрахаться тоже некрасиво. Поняла?

Сжимаю волосы так, что она визжит от боли ещё громче. Не думая ни секунды, тяну её по полу к двери.

- Саша, ты что творишь? – наконец, оживает Гена.

Да только спущенные штаны мешают ему передвигаться. Он дёргается в мою сторону, путается в ткани и падает на колени.

- Саша!

- Я от мусора избавляюсь, - отвечаю коротко и тащу девку к входной двери.

Кто-то посчитает моё поведение недопустимым, неадекватным или недостойным.

Плевать.

Меня разрывает от обиды, злости и ненависти.

Они пришли в мой дом! В мой!

Я тут выросла в любви и верности. Тут мои родители были счастливы. Они тут воспитывали своих детей. Тут никогда не было грязи и зла.

А эти твари…

Они принесли грязь в этот светлый дом.

Не прощу! Никогда не прощу!

Марта (вроде так зовут брюнетку) кричит от боли, требует немедленно отпустить, угрожает мне кем-то.

Плевать. У меня тоже связи имеются.

Открываю дверь в подъезд и выталкиваю туда девицу.

- Сука! – орёт на всю.

- Это лучше, чем шлюха, - отвечаю с улыбкой.

Закрываю дверь в момент, когда она рвётся обратно.

- Аааа, тварь, ты мне нос сломала!

- Езжай в больницу. Тебе там помогут, - кричу ей через дверь.

Гена, наконец, справляется со штанами и выбегает из спальни.

- Саша! Какого хера ты устроила? Ты как посмела её выгнать раздетой?

- Как посмела? Так же, как ты посмел привести эту мразь в мой дом.

- Наш.

- Учитывая приближающийся развод, будем говорить юридическим языком. Квартира моя, разделу не подлежит. Поэтому выметайся следом за своей минетчицей.

- Ты совершаешь большую ошибку, Саша.

- Я совершила ошибку, когда согласилась выйти за тебя замуж. Нужно было слушать подруг, которые меня отговаривали.

- А ты знаешь, почему они тебя отговаривали? – как-то злорадно улыбается Гена, и я уверена, что мне его дальнейшие слова не понравятся. – Да потому что сами на твоём месте хотели оказаться. Они хотели от меня кольцо, а получали только редки встречи.

- Ты спал с моими подругами? – выдыхаю едва слышно.

- Спал? – усмехается он. – Сплю.

Первым в Гену летит зонт. Дальше всё, что попадается под руку. Ложка для обуви, его кроссовки, туфли его любовницы. Одна туфля прилетает точно тонким каблуком в лоб. Гена вопит от боли, зажимая ладонью полученную травму.