Пусть сначала в себе разберётся – с кем ему комфортно быть: с яркой девушкой, которой плевать на мнение окружающих, или с тихоней, которая будет подстраиваться под всех.

Я совершила ошибку, прогнувшись под требования Гены вести себя скромно и как подобает жене успешного бизнесмена.

Хорошо, что поняла это не слишком поздно.

Гена пусть теперь своих любовниц воспитывает.

Любовницы…

Подруги мои. Бывшие.

Грустно осознавать, что в один момент я лишилась всех близких и дорогих сердцу людей.

Рядом осталась только Илона, которую я всегда задвигала на задние ряды. Сомневаюсь, что она теперь позволит вернуть наше общение на уровень, который был до Гены. И будет права.

И снова я о Гене.

А раз настало время отката, то нужно приступать к проверенным методам терапии. С глаз долой из сердца вон? Это ведь так работает? От личных вещей мужа я избавилась. Теперь настало время перебрать фотографии.

Делаю глубокий вдох, стираю слёзы с щёк и иду на кухню, где у меня осталась бутылочка игристого. Ставлю её на кофейный столик, подключаю телефон к колонкам, выбрав плейлист «Чтобы поплакать» (да-да у меня такой есть) и иду за коробочкой, к которой боялась прикасаться во время уборки.

Ставлю её на столик. Делаю несколько глотков шампанского, и откидываю крышку с коробки. Начнём, пожалуй, под «Грустный дэнс»…

Дорогие читатели, в нашем литмобе вышла последняя история

от Алисы Верди "После развода. Осталась лишь ненависть", в которой муж считал жену недостойной парой и подал на развод, а когда осознал, что совершил ошибку, было слишком поздно, или...

18. Глава 17

В этой коробке я собираю приятные мелочи, связанные с отношениями с Геной.

Ох, давно я её не доставала…

А почему? Потому что муж перестал делать мне романтические сюрпризы.

Мы постепенно скатились в обыденность. А раньше всё было иначе…

Первой из коробки достаю подвязку, которую Гена поймал на свадьбе. Можно сказать, она – символ начала наших отношений.

Ещё у меня тут лежит засушенный цветок – один из огромного букета, который мне вручил Гена на первом свидании.

Помню, он тогда повёл меня в ресторан. Не стал выдумывать что-то необычное. Пошёл проверенным путём. Ресторан, живая музыка, медленный танец, поцелуй, секс. Да только с сексом ему обломалось. Я уехала из ресторана на такси, предварительно залепив Гене пощёчину при всех посетителях того ресторана за то, что он ущипнул меня за попу. Я выставила границы. Нечего было их нарушать.

Думала, что после такого, его гордость будет задета, и мы больше не увидимся. Но нет. Ошиблась. Оказалось, я только подогрела интерес к себе.

На следующее утро Гена стоял под моим подъездом с другим огромным букетом. С того дня он вёл себя достойно и ничего лишнего не позволял, пока не получал моего согласия.

Наши отношения развивались по моим правилам. Я не собиралась тратить своё время на мудака, так как у меня был прекрасный пример родителей.

И теперь я удивляюсь, как этого мудака в своём муже не разглядела. Но чего уже жалеть.

В коробке лежат всякие записки, милые сувениры, которые привозил мне Гена из командировок.

И на дне – свадебный фотоальбом. Достаю его, и сердце набирает скорость. Грохочет в груди, предчувствует, что будет больно. Но нужно это сделать. Последний раз заглянуть в прошлое, чтобы отпустить и уже без лишнего груза идти в счастливое будущее.

Листаю страницы альбома и тихо плачу.

Я была такая счастливая. Танцевала до упаду с гостями, участвовала во всех конкурсах, целовала своего мужа каждую свободную минуту. Я верила, что нас ждёт счастье. Я видела нас теми милыми старичками, которые медленно идут по улице, держась за руки. Я мечтала стать матерью его детей. Я так много мечтала…

Накрываю лицо подушкой и просто кричу. Громко, до хрипоты.

- НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ!

А после замираю. Делаю глубокий вдох и выдох, вдох и выдох.

Больше истерик не будет. Обещаю себе. Обещаю родителям, которым клялась, что буду счастлива.

Буду счастлива. С другим обязательно буду счастлива. И мамой стану. Самой лучшей, самой любящей.

Резко поднимаюсь с пола. Выпиваю пару глотков шампанского и иду на кухню. Беру глубокую металлическую миску, спички, возвращаюсь в гостиную.

- Ну что ж, - выдыхаю вслух. – Время покончить с этим.

Достаю из альбом все фотографии, сминаю записки, сбрасываю всё это в миску. Поджигаю подвязку, смотрю, как язычки пламени уничтожают тонкую ткань. Опускаю в миску и вытираю остатки слёз с лица.

- Я буду счастлива, мам, пап. Снова вам это обещаю, - говорю вслух, закрыв глаза. – Мой мужчина меня найдёт.

Память о прошлой жизни превращается в горку пепла на дне миски. Высыпаю это в унитаз и смываю. Вот и всё.

Сразу же захожу в душевую кабину, чтобы смыть с себя остатки этого непростого дня. Ничего в нём хорошего не было. Только боль от предательства. Хотя…