Он перевернул руку, показав кусок шоколада, лежащий на его ладони. Юноша снял фольгу и засунул тот в рот, в результате чего его щека выпятилась. Казалось, он медленно смаковал горький вкус шоколада, который помог ему очистить разум. Он медленно проговорил:

— В миссии «Уроборос» смерти, с которыми мы столкнулись, были ужасными, но из-за существования временного якоря мы каждый раз могли воскресать. В Хаосе, хотя там не было временного якоря, все вернулось бы к исходному состоянию, когда трещина во времени и пространстве закрылась. Что касается мира Пузыря, это был более крупный якорь времени, и после того, как мы уйдём, цикл начнётся снова, и мёртвые вернутся к жизни.

Благодаря спокойному анализу Цзи Юйши все постепенно успокоились и стали следовать его мыслительному процессу.

У Сун Цинланя тоже были новые мысли, но он его не перебивал.

Все в Седьмом отряде привыкли к подобной сцене, где Цзи Юйши проводил всех во время мозгового штурма.

— Я думаю, что в этом случае захвата времени и пространства временная привязка может не быть необходимым условием для воскрешения, — Цзи Юйши продолжил: — Как и в случае с Хаосом, до тех пор, пока мы завершим миссию, мы сможем вернуться в тот момент, когда нас угнали, то есть в третью секунду после того, как мы отправились в путь.

Увидев изменения на лицах всех, Цзи Юйши на мгновение остановился и добавил:

— Это всего лишь предположение. Я не уверен.

Сун Цинлань продолжил:

— Я понимаю, что ты имеешь в виду. По сути, ты говоришь, что в миссии «Кубик Рубика» так называемое «уничтожение смерти» не обязательно означает настоящую смерть, а скорее исключение из миссии. Когда кто-то умирает в миссии, он будет вынужден прекратить миссию, не имея возможности продолжить.

— Да. Думаю, что если это так, то человек, который будет вынужден завершить миссию, не сможет получить награду, независимо от того, выполнят ли его товарищи по команде миссию, — Цзи Юйши посмотрел на него. — Тяньцюн специально упомянул, что это многопользовательская миссия. Я предполагаю, что между каждым отрядом, скорее всего, существуют конкурентные отношения, и будет только один отряд, который сможет выполнить миссию. Отряд с большим количеством людей и меньшим повреждением имеет относительно более высокий шанс завершить миссию.

— Бля…

— Оказалось, вот как.

— Теперь я понимаю. Как и ожидалось от Советника Цзи!

— С помощью всего этого небольшого количества информации тебе удалось проанализировать столько полезного материала!

Когда товарищи по команде искренне похвалили его, Цзи Юйши слегка опустил голову. Выражение его лица было спокойным, но что-то промелькнуло в глазах.

С каких это пор он привык так выражаться перед всеми?

Это чувство доверия было великолепным. На самом деле, ему это очень понравилось.

Все ещё болтали. Сун Цинлань переварил эту информацию и после некоторого внимательного размышления сказал:

— Отдохните, а завтра мы отправимся в путь, — он оглядел других своих товарищей по команде. — Те, кто не подготовился мысленно, хорошо подготовьтесь сегодня вечером. Завтра во время миссии всем придётся дважды подумать. На этот раз мы представляем не себя как личность, а всех нас как команду. Смерть одного человека не только лишит его возможности завершить миссию, но также повлияет на прогресс всей команды и шанс на успех, так что…

Сун Цинлань изменил тон, он стал куда серьёзнее:

— Седьмой отряд Тяньцюн. Ни один не должен пропасть.

Все:

— Да!!

***

Встреча окончилась. В последнюю ночь все вернулись на свои станции пересылки. Они вернулись в то место, которое подсознательно считали наиболее удобным.

Ли Чунь беззастенчиво заявил, что не осмелится спать один, и пошёл с Дуань Вэнем.

Чжоу Минсюань всегда делал что-то в одиночку, поэтому он, естественно, вернулся к себе, в то время как неразлучные близнецы Тан Ци и Тан Лэ уходили вместе.

Во дворе мгновенно стало тихо.

Когда все ушли, остались только остатки бутылок с алкоголем, еда, световые украшения и тому подобное.

Цзи Юйши всё ещё стоял на месте. Он уходил последним.

Юноша поднял запястье и включил коммуникатор, собираясь уйти. Он сказал Сун Цинланю:

— Тебе следует пойти отдохнуть пораньше. Доброй ночи.

— Подожди, — выпалил Сун Цинлань. — Я пойду с тобой.

Цзи Юйши поднял глаза.

— Что такое?

Сун Цинлань не знал, что сказать: «……»

Как он мог сказать Советнику Цзи, что в этом дворе есть комната, напоминающая спальню Цзи Юйши?

Хотя здесь много других комнат, и он мог спать в другом месте, но пока он знал о существовании этой спальни, Сун Цинлань не мог спать спокойно. Более того, он будет думать об этом всё больше и больше, если останется рядом с этой спальней. Возможно, Тяньцюн даже снова войдёт в его подсознание и произведёт что-то ещё.

Как только Сун Цинлань произнёс эти слова, он запоздало почувствовал, что это, вероятно, не очень хорошая идея.

Уйти с Цзи Юйши и отправиться на станцию пересылки Цзи Юйши было для него не очень хорошей идеей.