— Посадить? — Сун Цинлань, стоявший перед люком, не понимал.

— Небеса, как долго и сколько нам нужно сажать?! — Ли Чунь был шокирован. — Когда мы закончим, то, вероятно, будем белыми костями.

— Большая Борода говорит, что такой цветок может распуститься за неделю, — Цзи Юйши высказал свои мысли: — Но это одна неделя возле космической капсулы. Что, если мы отнесём их в тропический лес?

Время в тропическом лесу почти в 24 раза быстрее, чем здесь. Другими словами, им нужно было меньше дня, чтобы собрать больше цветов.

— Хорошо, — Сун Цинлань без колебаний согласился. — Мы с Чунь’эр сначала пойдём собирать растения. Мы сходим вместе, когда Лао Чжоу проснётся.

Сажать цветы в расщелине времени и пространства — об этом никто бы даже не подумал. Но люди здесь больше не чувствовали, что в этом мире нет ничего невозможного.

Сун Цинлань ушёл, неся «Шэнь Мянь». Он не выглядел так, как будто собирался сажать цветы, а так, будто направлялся на битву с монстрами.

Цзи Юйши, с другой стороны, остался и общался с Большой Бородой. Он должен был выяснить, почему Большая Борода и другие пришли сюда. Он интуитивно чувствовал, что у Большой Бороды есть ещё много ключей, которые они ждут.

Большой Борода открыл новую банку пива, запрокинул голову и выпил половину её содержимого за один присест. На его бороде были остатки пены.

На этот раз они собирались поговорить о том, сколько людей встретил здесь Большая Борода и куда эти люди ушли.

*Тук-тук!*

Двое остановились.

*Тук-тук!* — стук всё ещё раздавался.

Они оба посмотрели в сторону маленькой комнаты. Чжоу Минсюань ещё не проснулся, так что это не мог быть он. Но этот удар действительно шёл из космической капсулы.

Большая Борода несколько раз моргнул голубыми глазами. Увидев, что Цзи Юйши вытащил серебряный пистолет из-под подушки дивана, он был ошеломлён.

Цзи Юйши уже давно нашёл свою «Бриллиантовую птицу».

Ничего, что скрывал Большая Борода, не могло ускользнуть от его глаз.

Цзи Юйши жестом попросил его замолчать, а затем очень умело загрузил магазин в «Бриллиантовую птицу». Он явно производил впечатление слабого человека, но в тот момент, когда он поднял пистолет, стало трудно отвести от него взгляд.

Двое медленно двинулись в направлении стука. Он исходил из внешнего люка.

Цзи Юйши был на страже, пока Большая Борода открывал люк.

Снаружи стоял молодой человек. Он выглядел примерно того же возраста, что и Цзи Юйши.

На нём была чёрная боевая форма с цифрой 12 на груди. Он немного опешил.

— Ребята, кто вы?

Цзи Юйши тоже опешил.

В этот момент позади него также послышались шаги. Ли Чунь поспешно ворвался в комнату.

— Советник Цзи! Большая проблема!! — его тон был полон паники и страха.

У Цзи Юйши не было другого выбора, кроме как оставить этого человека Большой Бороде и быстро вернуться в диспетчерскую.

Там он увидел миниатюрную версию Сун Цинланя, который выглядел всего на семь-восемь лет с особенно уродливым выражением лица.

Цзи Юйши прожил двадцать пять лет и впервые понял фразу, которую люди часто используют для описания его текущего настроения: он чувствовал, что его голова вот-вот взорвётся.

Глава 35. Держать за руку ребёнка

Блядь.

У Цзи Юйши, который никогда не ругался, внезапно в сердце появилось это слово, которое произносилось как мантра другими членами Седьмого отряда.

В его голове был беспорядок.

— Как это случилось?!

Ли Чунь пребывал в полной панике.

— Я тоже не знаю! В тот момент, когда я обернулся, Капитан Сун стал маленьким!!

Миниатюрная версия Сун Цинланя всё ещё носила чёрную боевую форму для взрослых, поэтому рукава, брюки и обувь были слишком большими. Выглядело это немного комично. Это было особенно важно, когда он, которому было всего семь-восемь лет, всё ещё держал свой «Шэнь Мянь». Это создавало забавное ощущение ребёнка, несущего игрушечный пистолет.

Детское «я» Сун Цинланя было довольно мягким и милым. За исключением уродливого лица, было почти невозможно связать его с взрослым Сун Цинланем.

После произошедшего Ли Чунь поспешно вернул его обратно в космическую капсулу, и за всё время тот не произнёс ни слова. Теперь он наконец не мог не говорить. Он заговорил и объяснил:

— Поскользнулся и упал, когда собирал растения, и стал меньше.

Цзи Юйши: «……»

Ли Чунь: «……»

— Детский голос забавный? — Сун Цинлань холодно сказал: — Если вы хотите смеяться, смейтесь сейчас же. Не нужно сдерживаться.

Время в теле Сун Цинланя повернулось вспять, но его детское тело всё ещё содержало душу взрослого. Его слова, интеллект и личность совсем не изменились, поэтому, когда он только что заговорил, это было одновременно смешно и странно.

Даже Ли Чунь не мог смеяться. Он сохранял напряжённое выражение лица.