Я намеренно зажала нос, будто от него плохо пахнет, хотя это было и не совсем так… Вернее, совсем не так, ведь мой однофамилец источал запах приятного мужского парфюма.

Хмыкнув, он вытащил из внутреннего кармана толстовки айфон, с издевкой тыча им мне в нос.

Я раздражённо выдохнула, обнаружив на нем блок.

- Тут пароль!

- Совсем простенький. Год канонизации святого Доминика папой Григорием шестым. Заодно и проверим, как ты знаешь историю.

Где-то я уже это слышала, но точно не на уроках истории. Возможно, какой-то прикол… Увы, я была далека от мемной культуры.

- Ты издеваешься?

- 1234 год, тупица!

Идиот!

Я стремительно вбила указанные цифры, обнаружив, что мой однофамилец не соврал. Бинго. Под тяжестью насмешливого мужского взгляда, я разыскивала папку «Галерея».

Наконец, отыскав ее, я непроизвольно закусила губу…

С крайнего снимка мне нахально улыбался Максим Леднев, собственной персоной, заключенный в объятия жгучей красотки, замотанной в одеяло.

Судя по дате, фотография была сделана вчера вечером… Блин!

Перед тем, как вернуть Ледневу телефон, мой взгляд ненароком сполз к его мускулистому обнаженному животу, покрытому темной порослью волос, убегающих под резинку трусов.

- Проверила? – лениво шепнул он, нависая надо мной.

- Погоди… - окаменевшими пальцами я открыла папку «удаленное», не обнаружив и там ничего интересного.

Подавив вздох разочарования, я в полнейшем смятении отдала новенькому телефон.

На миг кончики наших пальцев соприкоснулись, и я, поморщившись, поспешила одернуть руку.

- Придурок и извращенец, - отчеканила, выдерживая его прямой уничижительный взгляд.

- Зануда и девственница, - Леднев самоуверенно улыбнулся, а я чуть не задохнулась от гнева.

Псих поехавший!

И все-таки я не ошиблась на его счет.

Передо мной стоял бессовестный сталкер, нарочно пробравшийся в женскую раздевалку. Мало того, что он подглядывал, так еще и подслушал личный разговор!

- Я приложу все усилия, чтобы ты вылетел отсюда быстрее, чем пробка из-под шампанского… - мой голос вибрировал от отвращения и обиды.

- Не дождешься.

Развернувшись, я на дрожащих ногах поспешила к выходу из библиотеки. Скоро начало урока, и мне бы не помешало перевести дух…

- Роза… - внезапно прилетело мне в спину.

Мое имя в его исполнении прозвучало непривычно мягко и глубоко. Сама не знаю почему, но я вновь посмотрела на новенького.

В глубине души я надеялась, что он объяснится за свою идиотскую выходку, попросив прощения, и конфликт мало-помалу сойдет на нет, ведь мне совершенно не хотелось враждовать с кем-либо в выпускном классе.

Привалившись к стеллажу бедром, Леднев ухмыльнулся, смерив меня уничижительным взглядом.

- У тебя там смотреть не на что!

Сгорая от унижения, я вылетела из библиотеки.

Глава 7

Я вернулась в класс перед началом урока, с облегчением обнаружив рядом с Леной пустое место за первой партой.

Быстро разложив письменные принадлежности, почувствовала на себе полный упреков взгляд Игоря, умышленно не глядя в его сторону…

Разумеется, я знала о желании Олейника везде сидеть вместе, но, откровенно говоря, за все эти годы настолько привыкла делить парту с лучшей подругой, что пока согласилась лишь на компромиссный вариант – пересесть к своему парню во время определенных уроков, не требующих особой концентрации.

- Что с тобой? – поинтересовалась Трофимова.

Однако ответить я не успела, потому что в этот момент вместе со звонком в класс вошли Крутикова в сопровождении новенького.

Елена Васильевна учитель истории, и, по совместительству, наша классная руководительница. Строгая, но с добрым сердцем и метким чувством юмора.

Первый урок истории в новом учебном году она всегда отдавала под классный час, явно не планируя нарушать традиций.

- Класс! Надеюсь, за лето вы все пролечили «воспаление хитрости» и избавились от «аллергии на учебу»? – Елена Васильевна улыбнулась, - Потому что в этом году филонить нельзя, иначе беда! – добавила она под нестройный гул голосов моих одноклассников.

- Кстати, у нас в классе новенький! – Крутикова обратила свой взор на сталкера Леднева.

С отсутствующим видом, он засунул руки в карманы спортивной толстовки, монотонно перекатываясь с пяток на носок.

- Максим, а форму за тебя Пушкин носить будет? – негромко пожурила его классная руководительница, - После уроков прогуляйся до завхоза – у нее всегда в наличии есть несколько комплектов.

Его ответ потонул в Ленкином воодушевленном шепотке.

- Хорош, чертяка!

- Ты шутишь? – возмутилась я, - Да этот Леднев – ожившая реклама контрацепции!

- Роз, у тебя зрение резко упало? – Трофимова окинула меня негодующим взглядом, - Красавчик. Спортсмен. Какая еще реклама контрацепции? – она хихикнула, облизывая блестящие от блеска губы.