Единственное, ради чего дед мог изменить своей трубке, это кубинские сигары. Не все, правда, дед курил исключительно гурховские "мажесте ресерв". Продают их чуть ли не поштучно, везут в двойном хьюмидоре. Помимо основного, в котором они и после доставки хранятся, есть ещё и дополнительный, чтобы наверняка исключить все возможные риски. Ну, значит, обрадую на днях своего старика.

Киру и Влада я дожидался у машины. Уж не знаю, каким образом, но волосы Кире забрали в высокую прическу. Бесконечные петли и переплетения вызывали дикое желание запустить в них руки и выпустить эту гриву на свободу. А заодно и успокоиться.

 Потому что каким-то образом эта прическа подчеркивала осанку девушки и притягивала взгляд к изгибу затянутой в переливающуюся ткань шейку, красивые скулы, аккуратненькие ушки. У меня появилось чувство, что я собираюсь запустить красивую аквариумную рыбку в бассейн с пираньями!

 Косметики почти нет, по крайней мере, я её не вижу. Только на глазах чуть-чуть. И то, я б запретил! Это не глаза, это чистый грех, искушение.

- Ну, вы пока постойте, а я в машине погреюсь. Сабир!!! - вдруг раздалось от Влада. - Ты по каким помойкам машину гонял?

- Она чистая, чего вопишь? - отвечаю, помогая Кире сесть в машину, Влад прав, нечего на улице торчать. Не май месяц.

- Ага, чистая, все покрышки не пойми в чём. - Бурчал Влад, но меня мало волновало его недовольство.

Отсекая лишний шум, поднял тонированное стекло, пусть будет хотя бы иллюзия того, что мы с Кирой вдвоем. Сидим, молчим и улыбаемся.

- Ты очень красивая, - звучит коряво, а по-другому я не умею, хочется, конечно, ей наговорить всякого, но одна пошлятина на ум приходит.

Протягиваю ей футляр с сапфирами, сам бы нацепил, но боюсь, больно сделаю. Она серьги застегнула, в тонировку смотрится.

- Спасибо. Они необыкновенные. - Хоть и знает, что это больше моя прихоть, мне это важно, а все равно благодарит.

- Давай я сам, - Забираю у неё колье, сам застёгиваю, как куклу наряжаю.

И не сдерживаясь, так к себя и утягиваю, благо, она ко мне спиной повернулась, чтобы удобно застёгивать было.

- Ты чего? - смотрит на меня, но не вырывается.

Чего, чего, непонятно что ли? Затискал бы сейчас всю, вместо стоящих поперек горла всех этих сборищ.

- Спасибо, Кир. Просто спасибо.- Не хочу ей говорить, про что речь веду, только один момент уточнить всё равно надо. - Можно узнать, кто оплачивал большую партию химикатов больше десяти лет назад?

- Опасная химия, то есть промышленная или бытовая? Ну, в смысле, удобрения там какие или ещё что-то в таком роде? - сразу по делу уточняет она.

- Взрывоопасная смесь. - Говорю и замираю, ожидаю её слов, боясь даже дыханием спугнуть какую- нибудь важную мысль.

- Нууу... Если конечно специально не позаботились эти сведения уничтожить... Хотя, подожди. Эти же документы не только через бухгалтерию должны проходить. - Она хмурит лоб, старательно вспоминая что-то. - Через погрузку, сопроводительные документы, в отчётности наверх. Вероятность небольшая конечно, но думаю, стоит попробовать поискать. Это из-за твоего папы, да?

Прижимаю её к себе крепче, целую плечо и шею, чтоб не испортить ничего, и слов для ответа не нахожу. Всё ведь поняла, и даже я могу себе представить, что за геморр те данные найти, а она не отнекивается, готова на себя и это взвалить. Ну и как её не беречь, не следить за каждым шагом, чтобы не обидел кто? Да я б её уже к себе приковал, что бы и на шаг отойти не могла.

Вот и на этот вечер иду, крепко держа свою девочку за руку. Время просто тянется, всего час на этой тягомотине, а у меня уже сил терпеть это все, нет. Я б лучше дома камин разжёг, Кира бы приготовила что-нибудь.

 Хозяин вечера заискивающе трётся рядом. Контракт с его фирмой я разрываю. Благодаря договорённостям с Малецким, мне уже не надо в четыре раза переплачивать. Для него это, конечно, более чем существенная потеря. Но он достаточно пользовался тем, что по факту срок договора давно истёк, и просто пролонгировался сам договор.

Всё-таки поймав меня "на пару слов", чуть ли не по пути из сортира, он начал мне лить в уши всякую хрень, единственный смысл которой заключался в том, чтобы уговорить меня сохранить это партнёрство. На кой оно мне надо, если я просто сливаю кучу бабла в пустоту? На этот вопрос никто отвечать не собирался.

Захожу в зал и вижу, как дочка хозяина с брезгливой миной на роже, что-то говорит Кире. Благо стоит ко мне вполоборота, и я успеваю расслышать последнюю фразу.

- Сабир, конечно, значимый человек в городе, но это просто невежливо! Приглашение было на одного человека и там точно значилось, что вечер семейный, то есть никаких ... - И тут она увидела меня, побледнела и попыталась выкрутиться. - Не членов семьи...

- Кира, солнечная моя, мы вынуждены покинуть это место. Я не являюсь, членом твоей семьи и поэтому не могу здесь находиться. Ты же не бросишь меня, драгоценная? - несу околесицу, но смотрю, как моя девочка расцветает улыбкой, и сам улыбаться начинаю. Ей.