Мое сердце учащенно забилось и я, непроизвольно вздохнув, почувствовала его мужской запах смешанный с дорогим парфюмом, который притягивал меня, словно мотылька на свет. И сейчас, когда я находилась в эпицентре его мощного энергетического поля, которое воздействовало на меня, деформировало мои мысли и влияло на мои эмоции, я вновь почувствовала это невообразимое наваждение, от которого во мне просыпалось что-то сокровенное, потаенное, доселе мне не знакомое. Медленно наклонившись, я прикоснулась губами к головке и почувствовала нежную кожу, словно атлас. Его член дернулся, ударив мои губы, будто настойчиво требуя к себе больше внимания, и я улыбнулась - со мной вновь налаживали контакт. Я наклонилась и поцеловала еще раз, там, где была росинка, а облизнув губы, почувствовала его возбуждение на вкус - капелька оказалась солоноватой.

Внезапно ладонь Барретта, все еще лежавшая на моем затылке, властно сжала мои волосы, оттягивая мою голову назад, и я, подняв лицо, встретилась со взглядом Ричарда - в его глазах плавилась сталь, и под воздействием его внутреннего огня эта металлическая субстанция медленно и завораживающе перетекла из одного состояния в другое.

Он слегка наклонился ко мне и тихо произнес:

- Обхвати его ртом, как ранее мой палец.

Повторив про себя как мантру "В этом пространстве есть только я и ты…", я на секунду накрыла ртом головку и слегка ее лизнула , чувствуя языком нежный атлас. Мне понравились эти ощущения, и я, представив, что передо мной леденец, начала свою дорогу у основания члена. Я осторожно повела вверх кончиком языка до самого края, где шло раздвоение и, накрыв атласную головку губами, немного ее втянула, как ранее Его палец. Ричард бесшумно вдохнул и дернул бедрами навстречу моему рту. Осмелев от его реакции, я снова медленно прошлась языком по всей длине, а дойдя до верха, вновь обволокла головку ртом и лизнула розовый атлас. Ричард вновь дернул бедрами, но внезапно я почувствовала, как он больно сковал мой затылок своей ладонью и жестко надавил вниз, так что его возбуждение уперлось в стенку моего горла. Я чуть не поперхнулась от рвотного рефлекса, но Он полностью завладев моим затылком и ртом, начал жестко направлять мою голову в такт своим движениям бедрами вверх-вниз. Я чувствовала горлом, как растет его напряжение, он с силой вбивался в мой рот, а я, задыхаясь и пытаясь дышать носом, ощущала языком, как головка члена становится все больше, набухая и готовясь к разрядке. Несколько раз я порывалась отстраниться, чтобы вдохнуть, но Ричард не давал мне этого сделать, жестко фиксируя мой затылок рукой, и мне казалось, что его член в этот момент, осваивая новую территорию, агрессивно заявлял права на мой рот, горло, язык и губы. Наконец, Ричард мощно надавил на мой затылок и, прорычав "Блядь, Девочка",  взорвался вулканом, обливая мой рот, горло, язык, губы, будто помечая своим соком с резким запахом белка теперь уже свою законную территорию. Я чувствовала ртом, как стихает пульсация его плоти, словно его член наконец обрел то, что хотел, и теперь, заполучив мой рот в свое полное владение, успокаивался.

Отстранив меня немного назад, Барретт жестко зафиксировал мои скулы и, удерживая мой рот закрытым, резко поднял мою голову, отчего я рефлекторно начала глотать его сок вместе со своей слюной. Сок был горячим, вязким и немного солоноватым, с резким привкусом белка - странный вкус, не похожий ни на что. Непроизвольно облизывая губы, я пыталась успокоить свое бешенное сердцебиение, в то время как Ричард внимательно сканировал мое лицо и продолжал фиксировать мои скулы, заставляя таким образом проглотить все без остатка. Внезапно он потянулся свободной рукой к моим щекам и, вытерев их начисто ладонью, наконец освободил меня.

Как только я обрела возможность дышать полной грудью, я сделала глубокий вдох и, будучи не в состоянии что либо соображать или анализировать, уткнулась носом в его бедро, пытаясь успокоить свои эмоции и несущуюся по венам кровь. Неожиданно я почувствовала тяжелую горячую ладонь Ричарда на затылке, и сейчас она скорее была успокаивающей, а не агрессивной, отчего меня накрыло теплой вакуумной волной.

Внезапно я услышала какой-то посторонний звук, словно доносящийся из другого мира. Ричард убрал ладонь с моего затылка, и телефонная трель с неумолимостью несущегося поезда ворвалась в наше пространство, разрушая его. Я резко дернулась и застыла, возвращаясь в неуютную реальность, где передо мной сидел Барретт, который, отстранив меня, поправлял боксеры и застегивал брюки.

Встав с кресла, он направился на звук своего сотового, а я, наблюдая, как он уходит в расстегнутой рубашке в кабинет, медленно перебралась в его кресло и свернулась там калачиком.

Сквозь шум в ушах и учащенное сердцебиение я слышала, как Барретт разговаривает на каком-то совсем непонятном мне языке, но у меня не было сил даже удивиться или встревожиться столь позднему звонку. Ощущая щекой теплую кожу кресла, я закрыла глаза, и под тихий баритон Барретта провалилась в небытие.