Значит, все его слова ложь с самого начала… вся наша истинность. Ложь и обман. Очередное подтверждение. И все равно больно. Я думала, что уже излечилась от этой болезни, но выходит нет.

- …Это слабость, уязвимость. Мерзкое чувство. Тебя бы обрадовала новость, что к твоему горлу теперь будет вечно приставлен острый кинжал? И стоит ослабить контроль… Нет, я точно не был счастлив в тот момент. Скорее оглушен, раздавлен и зол, – продолжил Даларт свои откровения.

Так я его ослабляю, получается? Ему, сильному магу и высшему лорду, не нужна такая слабая истинная. С новой невестой не будет таких проблем.

- Тогда, как вы ее узнали? – захотелось прибить Адама за его бестактность. Сколько можно мусолить эту тему?

- Тебя интересует физические признаки? Это странное ощущение. Я не знаю, как описать. Будто под лед проваливаешься, в ледяную воду. И понимаешь, что мир вокруг больше не будет прежним. Потом…Мы, мужчины, видим свою метку на истинной, а остальные маги тоже ее видят. Девушкам это не доступно. Они ощущают истинность по-другому. Мили говорила как-то, что чувствует, словно натяжение тысячи тонких нитей между нами.

- То есть, я правильно понял, любой маг может понять, где чья истинная?

- Правильно.

- И вы поэтому ее скрывали?

- Адам, ты переходишь черту. Не помню, чтобы я соглашался перед тобой отчитываться.

- Я просто пытаюсь восстановить полную картину. Что здесь такого? Вы поэтому у нее просили прощение?

Я беззвучно ахнула.

- У кого я просил прощение? – похоже, что и лорду надоел этот неприятный разговор.

- У Мили. Вы когда в бессознанке валялись, Талану за нее приняли и прощение просили. Напугали тут всех…

- Просил, значит… - задумчиво протянул Даларт.

- Да, а еще я не понял, раз ваша истинная так вам не понравилась, почему вы сразу от нее не отказались? Я слышал, у вас такое практикуют и часто. Развелись бы и делов-то. Никакой кинжал больше вам на горло не давит.

Ох, Адам с огнем играет. Разве можно такие вопросы и таким тоном задавать? У меня в висках застучало от напряжения. Что он ответит?

- Адам, ты меня явно не понял, - услышала я его тихий рык. - Если я не был в восторге от факта обретения истиной пары, это не значит, что я откажусь от нее. Милитана моя истинная, и ею останется. Все остальное - досужие сплетни и домыслы, как та статья в Вестнике…

- А если она сама этого захочет? – я готова была взвыть от досады, что он его прервал.

Что за статья? Та, про скорую свадьбу с другой?

- Мили? Она не захочет. Кто угодно, но не она. Ее где-то прячут, держат силой. И когда я их найду…

- Тогда почему еще не воспользовались вашей связью? Это же логично. Чего они хотят? Почему выжидают? Вы не думали об этом?

Длинная пауза.

- Она жива, если ты об этом. Она жива и я найду ее. И ты мне в этом поможешь…

- Нет, я подумал о другом. Что если ваша истинная сама не хочет, чтобы ее нашли. Это ведь может быть?

Новый рык.

- Та записка, что нашли в ее комнате - ложь до последней буквы. Никакого тайного возлюбленного у нее не было. Ты не знаешь Мили. Ее глаза никогда не умели лгать.

- А…

- Закончим на этом. Ты проявляешь слишком много лишнего любопытства, Адам. Благодари богов, что я позволяю тебе такие вольности. Кто-то другой на моем месте уже давно вышел бы из себя, - голосом Даларта можно заморозить. Он настолько ледяной, что даже у меня холод проскользнул по позвоночнику и осел где-то в сердце.

Вот какие его мысли. Истинная – это слабость и вечный страх, но отпускать он меня не намерен ни при каких обстоятельствах. Наверно, наследники и продолжение рода, важнее личных предпочтений.

Мои глаза никогда не умели врать? Что ж. Самое время научиться.

И все-таки его слова заронили во мне зерна сомнений. А виновен ли Даларт в моем похищении? Что если его также хотели шантажировать мной и нашей связью? Тогда почему я видела его в том переулке. Не видела, а слышала, поправила я себя. О, как бы я хотела сейчас залезть к нему в голову и прочитать его мысли. Как понять теперь, кто есть кто? Кому верить? Адаму? Вот он-то точно не желает мне зла.

- И все же, за что вы просили прощение? – вдруг услышала я новый вопрос от него.

Даларт шумно выдохнул, но почему-то решил ответить. В его голосе сквозила усталость.

- А что бы чувствовал ты, Адам, если бы все твои усилия пошли прахом? Проклятье! – прошипел он сквозь зубы. – Я же сделал все, понимаешь все, чтобы ее защитить! Охрану незаметно приставил, связь скрыл, общение ограничил. Одного дня не хватило! Одного проклятого дня! Лирой – мразь! Доверял ему как самому себе. Удавил бы гаденыша, да уже до меня кто-то успел. Даже допросить его не смогли.