Девушка помогла мне одеться и начала заниматься моей прической, Дин все это время прикидывался спящим сусликом, хотя я была уверена, что он просто лежал и выжидал, когда я наброшусь на него с расспросами.

— А Лина здесь?

— Да, тена.

— Скажи ей, чтобы сходила попросила завтрак принести пораньше, раз уж общего не будет.

Девушка кивнула, быстро сбегала в гостиную и вернулась ко мне.

— Почему отменили завтрак? 

— Так сказали же всем девушкам сидеть по своим комнатам, со всеми будет тен следователь вести беседу.

Да что же это такое? Ни с бабулей не поговорить, ни воздухом не подышать и опять лицезреть морду седовласого тена. 

Тима закончила с моей прической и сразу же направилась к зеркалу — сдернуть с него накидку. Как только она отвернулась от меня, то нервно прикусила губу, совершенно позабыв о зеркале, в отражении которого я и заметила ее нервозность.

— Рассказывай, — практически скомандовала я и уселась в кресло, где еще пару часов назад восседал сам Темный Бог. Кому скажи — не поверят.

— О чем?

— Не строй из себя дурочку, Тима. Все, что знаешь, выкладывай. Вы же общаетесь между собой и зачастую знаете намного больше, чем мы.

— Да я и не знаю ничего толком. Говорят, что король вернулся ночью. — Девушка закусила губу еще сильнее. — Очень злой. 

— И? — В этот момент на мои колени запрыгнул Дин и задрал мордочку, наблюдая за горничной. 

— Говорят, что он снял с должности главного следователя королевства тена Николаса и отправил его на дальнюю границу. — И полушепотом добавила: — С оборотнями.

— Ах, — не сдержала я удивленного возгласа. Как хорошо, что мне не придется с ним больше встречаться. — А тену Альтеро?

— А что с ней? — удивилась девушка, и я поняла, что зло все же осталось безнаказанным.

— Ничего, — отмахнулась я, — про тену Виолу слышала что-нибудь?

— Она в лазарете. По-прежнему без сознания. 

«Могла бы и у меня спросить, — лениво протянул Дин, — я уж побольше этой, — снисходительно выделил он обращение к девушке, — знаю».

«И не говоришь ничего, — мысленно ответила ему. — Я все еще обижена на тебя».

«Да за что, Светлая? Я так старался вчера найти Кириана, был готов пожертвовать своей шкуркой ради тебя».

«Не ради меня, а ради моей дочери! Которую вы с Богом из-за чего-то вздумали оберегать, как наивысшую ценность, но я не верю во все эти пророчества и проклятия».

«Зря ты так, Арина, — Дин крутанулся и приподнялся на задних лапках, передними упираясь в мою грудь, я даже не знала, что он так умел, — все совсем не просто, и твоя дочь действительно очень важна. Пророчество о ней. Я тебе уже говорил».

— Хорошо, — тихо протянула я, совершенно позабыв о горничной, и она тут же дала о себе знать.

— Что, тена Катарина? 

— Можешь идти. — Девушка быстро направилась к двери, и я ее окликнула, пока не забыла: — Позовешь меня, когда принесут завтрак.

Мало ли, забудет еще. А мы с малышкой голодные. И одними конфетами делу не поможешь. Но сейчас не об этом.

«Итак, — обратилась я опять мысленно к Дину. Несмотря на то, что мы были одни, я прекрасно помнила наставление Темного. — Тогда объясни мне: если моя дочь так важна, то что я здесь делаю? Почему мне нельзя было остаться в поместье бабули или Темный меня не отправил в другое безопасное место?»

«Безопаснее всего для тебя рядом с Кирианом».

«Вот! Опять ты за свое. Прочишь меня в королевы и совершенно не думаешь о том, что королю вряд ли понравится невеста. Мало того, что иномирного происхождения, так и с ребенком под сердцем».

Нервы сдали окончательно. Я устала. Устала от всего. Особенно от того, что не могла расслабиться. Ведь Кириан мне действительно начал нравиться, и было так заманчиво поверить в то, что между нами могло что-то случиться. Что он мог выбрать меня. Принять мою дочь, а потом было бы «жили они долго и счастливо». Без всех этих проклятий, пророчеств и Рыжих Богов с женами, желающими истребить всех темных.

Сбежать бы отсюда куда подальше…

«Я тебе сбегу!» — заверещал Дин в моей голове, словно был не шиншиллой, а настоящей драной кошкой или мартовским котом, орущим на улице призывные песни для гуляющей самочки. 

— Так, все! 

Я смахнула со щек набежавшие слезинки и поднялась, совершенно не обращая никакого внимания на вопль Дина. В гостиной на столе по-прежнему лежали нетронутыми книги, подаренные королем, я открыла одну из них, пролистала. Она была написана на магическом языке.

— Тена Катарина, — тихонько позвала меня Лина. Я подняла голову и поняла, что чересчур сильно задумалась: в покоях были обе горничные и поднос с завтраком, а я и не заметила. 

— Ставьте, — махнула ладонью, откладывая книги на диванчик.