Я осторожно опускаю ее ноги и снимаю последнюю часть своей одежды, обнажая свой огромный, багровый член. Хейвен задыхается, но затем раздвигает для меня ноги. Я стону от ее рвения, ее жадная киска все еще пульсирует от оргазмов.

Я поглаживаю себя несколько раз, когда мои глаза блуждают по самой совершенной женщине, которую я когда-либо видел. В конце концов, я поднимаюсь к ней и глубоко целую. Она отвечает на мой поцелуй с такой же страстью, как моя, а затем отстраняется и слизывает собственные соки с моей шеи.

– Бля, – стону я, когда ее горячий маленький язычок очищает меня. Я устраиваюсь бедрами между ее ног и смотрю ей в глаза, ища любые колебания. – Ты готова к этому, пара? Готова быть моей во всех отношениях?

Она кивает, прикусывая свою пухлую нижнюю губу.

– Мне нужны твои слова, Хейвен. Будь абсолютно уверена, что хочешь этого, потому что, как только я окажусь внутри тебя, я никогда не отпущу тебя. Как только ты получишь мою метку, мы будем связаны навеки, наши души переплетены, моя драгоценная пара.

Я задерживаю дыхание, ожидая ее ответа.

Хейвен обхватывает мое лицо и смотрит мне в глаза, заполняя пустоту в моем сердце такой большой любовью и закрывая все щели, чтобы оно не могло убежать.

– Я хочу этого. Я хочу тебя, пара. Всего тебя. Я готова.

Не прерывая зрительного контакта, я медленно двигаю своим твердым телом внутрь нее, дюйм за дюймом. Она такая чертовски тугая, ее стенки уже сжимаются вокруг меня. Я подхожу к ее барьеру и слегка отступаю, прежде чем протолкнуться в ее тесное лоно.

Глаза Хейвен наполняются слезами, и я ненавижу, что причиняю ей какую-либо боль. При этом она не закрывает глаза. Она не отводит взгляда, удерживая меня здесь, рядом с собой. Я замираю, давая ей время принять меня, привыкнуть к этому ощущению.

Мой рот находит ее, и я провожу нас в медленном поцелуе, который быстро становится горячим. Я чувствую, как Хейвен покачивает бедрами, побуждая меня двигаться.

– Ты уверена, детка?

– Уверена. Мне нужно… я не знаю, что. Мне нужно что-то.

– Я твой, красавица. Я знаю, что тебе нужно.

Я начинаю с медленных неглубоких толчков, и каждый раз она поднимает бедра навстречу мне.

– Е-е-еще, – выдыхает она, пока ее бедра качаются все быстрее и быстрее.

– Бля, – стону я. – Ты потрясающая, в тебе так чертовски хорошо, так влажно и тесно.

Я выскальзываю почти полностью, а затем снова влетаю внутрь, заставляя ее вскрикнуть от удовольствия.

– Да! О, Берк, пожалуйста, пожалуйста…

Снова и снова я вхожу в нее, трахая ее так глубоко, каждый раз попадая в нужную точку. Я изгибаю бедра, ища ее самое чувствительное место. Ногти Хейвен впиваются в кожу на моей спине, а из глубины ее души вырывается первобытный звук. Мой волк присоединяется к ней, рыча от удовольствия, когда мы заявляем о своей паре.

Она так близко, так напряжена, ее тело растягивается и напрягается, готовясь к освобождению.

– Люблю быть внутри тебя, – бормочу я, хотя мой голос хрипловат от потребности в освобождении. – Люблю трахать тебя, чувствовать тебя, узнавать все о твоем теле, – говорю я ей, набирая скорость, вонзаясь, словно отбойным молотком, в ее невероятно тугую пизду. Я близко, и мне нужно, чтобы она добралась туда первой.

– Кончи для, детка. Кончи сильно для меня, пара.

С последним толчком она вскрикивает, ее спина выгибается над матрасом, а затем резко падает вниз, когда ее стеночки сжимают меня так чертовски сильно. Это лучший вид боли наряду с самым сильным видом удовольствия.

Мои зубы удлиняются при звуках ее оргазма, и я наклоняюсь вперед, царапая ими ее пульсирующую точку. Хейвен скулит и поворачивает голову, давая мне лучший доступ. У меня текут слюнки, когда я облизываю ее сладкую кожу.

Затем я вонзаю зубы в ее плоть, клеймя ее, отмечая ее как свою пару до конца дней своих.

Тело Хейвен дрожит, когда она прижимается ко мне, пик ее оргазма продолжается вечно, пока я облизываю отметину на ее шее.

Я выпрямляюсь и забрасываю ее ноги себе на плечи, хватаясь за изголовье кровати позади нее и снова и снова вбиваюсь ее в киску. Я порыкиваю с каждым толчком, моего члена упирается в ее матку, трахая так глубоко, как только возможно. Хейвен кончает снова, ее бедра сжимают мои бедра, ногти царапают мою спину. Я надеюсь, что она пускает кровь. Я с удовольствием буду носить ее метки.

– Пара... Так. Бля. Хорошо, – рычу я.

Я врезаюсь в нее в последний раз, мой член болезненно пульсирует, прежде чем взорваться внутри нее. Я выдыхаю ее имя, наполняя своей спермой. Хейвен скулит, и ее киска трепещет, доя меня до последней капли.

Я не могу дышать, я не могу думать, мой мозг и тело полностью опустошены. Я падаю и быстро перекатываюсь на спину, прижимая ее обмякшее тело к своей груди.