Счастливый пирог

Качели протяжно и заунывно поскрипывают: «Скри-и-ип-скри-и-ип», но этот звук не вызывает во мне раздражения. Наоборот, после нашей долгой прогулки по заснеженному центру, я чувствую радость и душевный подъем. Мы прошли от Гостиного двора до Чернышевской, и весь путь я в пол-уха слушала Глеба, потому что продумывала план по спасению лучшей подруги. Столько дней я размышляла над тем, чем можно склеить разбитое сердце Оксаны, и вот наконец ответ найден.

– Жаль, что не успели посмотреть елку на Дворцовой, – говорит Глеб, продолжая меня раскачивать.

– А ты с кем Новый год будешь отмечать? – спрашиваю я.

– Да так… – туманно отзывается одноклассник. – Есть несколько вариантов.

Я знаю, что вариантов у Глеба нет. В классе он ни с кем, кроме меня, не дружит. Но не потому, что считается местным изгоем. Это его выбор – держаться в стороне.