— Ты знаешь, кто я такой? — Раздался возмущенный вопрос.

— Нет и не горю желанием. Кем бы вы не были, с этого момента ваша должность не имеет значения. Вы уйдете сами или мне позвать своих людей и вывести?

Раздался намеренно громкий топот.

— Клоун! — Выкрикнул тот же наглый голос и следом раздался громкий хлопок дверью.

— Так вот кем он работает. Ну, если среди нас больше нет клоунов, тогда продолжим серьезно. Значит так, господа, на пути нашей планеты образовалась облако из вещества разогретой на солнце кометы. Преимущественно оно состоит из воды, немного метана, аммиака и пыли. Проблема в том, что мы летим прямо в образовавшуюся туманность. Чем нам это грозит. А тем, что мы с ходу отправимся в ледниковый период. На годы, на десятилетия, а может на века. Науке это, как говорится, неизвестно. В вашем замечательном городе есть машзавод, идеально подходящий для создания убежища. Переделка уже начата, а параллельно с ней идет процесс отбора людей, которые его заселят. В Москве, а конкретно в правительстве, разработан план сохранения государства в грядущих условиях ледникового периода. Они озабочены тем, чтобы остались самые лучшие люди, на которых можно положиться по мере улучшения климатических условий и восстановления страны. Вы сейчас опора государственного строя, и мы считаем, что нужно начинать именно с вас, тех людей, которые имеют опыт управления. Само собой, процедура перестройки завода в убежище чрезвычайно затратное дело, поэтому определен порог вхождения в клуб избранных, десять миллионов рублей с каждого человека. — По залу прокатился недовольный шум. — Что, дорого? Поймите, вы с собой ничего не возьмете. Все ваши дома и машины останутся снаружи бесполезным хламом. Кто дорожит им сильнее здравого смысла, что ж, я вас за уши тянуть не стану. Повторюсь, сейчас происходит отбор и отсеиваются самые бесполезные.

— А на юге тоже будет ледниковый период?

— С какого места вы считаете югом?

— Сочи.

— В Сочи будет так же, как и в Москве. Возможно, на экваторе будут другие условия, но кто вас там ждет? Людоеды? Растения и животные погибнут везде, поэтому одним теплом не спастись. А мы предлагаем теплые сухие помещения и регулярное питание. Никаких внешних врагов, никакой смертельной конкуренции за кусок старого хлеба, никакого людоедства и прочих прелестей жизни, которая неизбежно ждет оставшихся снаружи. Жалкие десять миллионов с носа. Вы тут за вечер просаживаете по миллиону и ничего, не плачете потом в подушку и не кидаетесь на стены.

— А сколько осталось до столкновения?

— Четыре месяца. Расчетное время — середина сентября. Но ответ нужно дать в ближайшие три дня, мы должны заложить необходимое количество жилых помещений.

— А кто будет обслуживать оборудование, заниматься уборкой и прочим? — Поинтересовался женский голос.

— О, я вижу, вы уже начинаете трезво мыслить и задавать правильные вопросы. — Раздался шум непонятной природы. — Это пирамида власти. Наверху элита, острая и немногочисленная, мозг фигуры, определяющая ее смысловое наполнение, внизу народ, источник благосостояния. Между ними прокладочный материал, осуществляющий транзит власти и материальных ценностей. В нашем убежище никаких прокладок не предусмотрено, чтобы сэкономить пространство. Как вы понимаете, для устойчивости фигуры требуется широкое надежное основание. Сможем ли мы ужиться в маленьком убежище с большим количеством народа, подумайте сами? Станут ли они терпеть кого-то над собой, кто меньше работает, лучше питается и живет в более просторных комнатах? Скорее всего, нет. Градус недовольства поднимется очень скоро и элиту сметут. Посему, на первых порах мы будем вынуждены набрать определенное количество людей, необходимых для поддержания работоспособности убежища, а затем простым наукам придется обучаться вам, чтобы не жить в постоянном страхе быть растерзанными. В идеале, никакой элиты в убежище не нужно совсем, фигура от отсутствия вершины не становится менее устойчивой. Поэтому ручками придется работать всем, и женщинам и вашим мимозам отпрыскам. Канализации, водоснабжение, отопление, оранжереи, скотный двор, выбирайте на любой вкус. Будет всего один директор и это тот самый директор, который управляет заводом сейчас.

— Гарган?