Лишний бесплатный помощник. Кто же откажется?

Хотя в последнее время, он свалил на меня почти всю свою работу, потому что не просыхал неделями и почти не держался на ногах большую часть суток.

Я старательно вычищала стойла, кормила и чистила баронских жеребцов и кобыл. Потом расталкивала отца, чтобы он хотя бы вывел оседланных лошадей к баронскому крыльцу. Не хотелось терять единственный наш доход.

Потом получала за это от родителя, и он заваливался дальше спать или отправлялся на поиски очередного собутыльника. Самое несправедливое, что ко дню получения жалования мой папаша всегда резко просыхал и даже пару дней мог держаться и не пить.

Держался. Ага. Затем он забирал у управляющего свои медяки и история повторялась.

А я так надеялась каждый раз, что он опомнится… и станет хоть немного прежним. Таким, каким был когда еще мама была жива…

И вот сегодня, когда он пришел вечером домой, раньше обычного, я так обрадовалась его почти осмысленному взгляду.

Когда он вдруг веселым голосом предложил мне надеть единственную оставшуюся нарядную мамину одежду, достав ее со дна сундука, я почти поверила, что либо духи помогли, либо боги услышали, наконец, мои молитвы.

Собиралась с наивной радостью. Решила, что мы пойдем на ярмарку. Сегодня ведь праздник был на площади.

Вертелась перед тазом с водой, разглядывая белый воротник любимой маминой блузки и мягкие складки голубой отглаженной юбки. Мне казалось в тот момент, что красивей меня никого на свете нет. Мама была красивее, конечно. Но я очень на нее похожей выросла. Вот и наряды мне ее уже впору.

Все прояснилось, когда мы не свернули к площади, а пошли совсем в другую сторону. К темной громаде замка. Спрашивать что-то я побоялась. У отца был хмурый недовольный вид. Вся веселость резко прошла. Впрочем, он всегда хмурился, если был не пьян.

Возле боковой калитки нас ждал Бишон, тюремщик. Отец часто с ним выпивал в подвалах баронской темницы. Особой занятости у Бишона не было. В темнице редко кто задерживался надолго.

Кто из заезжих благородных проштрафился, посидел ночку в камере, заплатил штраф и ехал себе дальше. Отец часто громко завидовал такой халтурной работенке своего приятеля.

Мне Бишон никогда не нравился. Мерзкий тип. Посматривал на меня всегда своими черными заплывшими глазками. Подмигивал и говорил отцу, что пора бы уже пристраивать красотку. Засиделась в девках.

Я дергалась и старалась спрятаться в такие моменты подальше куда-нибудь. Сегодня не успела. Сама, как на поводке пришла.

— Отлично. Сочная у тебя девка. Оркам понравится, — заржал Бишон вместо приветствия.

И бежать уже было поздно. Едва я что-то поняла, как в мой локоть впилась сильная рука отца, а потом и Бишон схватил с другой стороны. Они потащили брыкающуюся меня вниз в подвал.

— Отпустите! Пожалуйста! Папа! Зачем ты… — в ответ я получила лишь сильный тычок под ребра.

Захлебнулась в кашле.

— Долги нужно отдавать, малышка, — усмехнулся на это Бишон. — А твой папаша задолжал мне крупно. Расплатишься, и завтра будешь свободна. Одну ночь всего развлечешь моих гостей.

Он тихо мерзко хихикает, от чего его огромный живот трясется и противно подпрыгивает.

Отец мрачно кивает, подтверждая сказанное. А у меня земля уходит из под ног. В глазах темнеет от шока. Я едва могу передвигаться, ведомая своими палачами.

— Гостей? — в ужасе хриплю я.

— Орков тут принесла нелегкая, а мои проверенные девочки отказываются их обслуживать. Боятся, что порвут, — охотно поясняет тюремщик, толкая меня вперед. — Все, Толт, дальше я сам. Придешь за ней утром.

— Если умная, то доживешь, — тихо добавляет он уже у моего уха.

Визуализация

3. Знакомство

Изучающее молчание закончилось, когда орки доели, наконец, все что было на их столе. Насмешник Варих захрустел сочным яблоком, а после подхватил с блюда еще одно большое и красное и подсел ко мне.

— Держи, малышка, — хитро подмигнул он мне. — О, уже не трясешься. Молодец. А чего тогда соглашалась с нами ночь провести? Заплатили много?

Покраснела и сделала вид, что я усиленно жую, доедая остатки со своей тарелки.

С удивлением обнаружила, что подчистила все, что на ней было. А мне казалось, что я и половины съесть не смогу. Орки тоже заметили и теперь весело посматривали в мою сторону.

Два орка. И если Варих смотрел просто со своей привычной усмешкой в глазах, то Арым с заметной долей странного умиления.

Порадовался, что я все съела из того, что он мне навалил? Странные орки. Неправильные… заботливые слишком.

Их вожак все такой же серьезный и строгий. Смотрит выжидающе. Тоже ответа моего ждет.

— Ничего не заплатили, — со вздохом призналась я, опасливо сцапав с широкой ладони манящий фрукт. — Это я расплачиваюсь. С долгом.

Орк присвистнул и переглянулся с остальными.

— Да, долги это неприятно. И кому задолжала?