За столом с отваром и фаршированными блинчиками шла неторопливая и очень теплая беседа. Все-таки, совместная тяжёлая и кропотливая работа сильно сближает. Вот и сейчас, Миа расспрашивала Элаиду, от чего та, иногда, так меняется в лице. Та недолго гладила бока кружки, собираясь с мыслями и силами, но все же ответила.

- Не хочу становиться обузой для своего мужчины. Ох, лучше бы он меня и не находил.

- Ты что такое говоришь - всплеснула руками Арида - как это не находил? Да ты знаешь, как он тут с ума сходил? Все королевство вверх дном поставил и перетряс. Сама знаешь, что если бы не укрывающий от поиска артефакт, нашел бы он тебя гораздо раньше.

- А зачем?

- В каком смысле?- Тут уже я не понимала.- Вы любите друг друга, вина канцлера, насколько я поняла, только в том, что он под дурманящей гадостью с порога не определил что происходит. И, наверное, он все же ее как-то загладил, раз ты с ним? Или он зря столько лет просиживал у твоих дверей?

- Вот именно. Его вины вообще для меня нет. Но... Зачем я ему, что могу дать любимому мужчине, кроме повода для насмешек над ним, что женится на пользованной человечке? Ни титула, ни силы у меня нет. Да и... Пустышка я. Мало того, что при попытке... ну... близости в беспамятство проваливаюсь от страха, и сделать с собой ничего не могу... Так ещё... Пустоцвет я. Я никогда не подарю своему волку продолжения рода.

- Это так всегда было? - Тихий голос Каяны разбивает, ставшую вмиг хрустальной, тишину.

- Нет... После... Сестра вытащила меня фактически с демоновых полей. На мне места живого не было, практически везде. Она и лечила, и жизненные силы в меня вливала, вытащила, но... Не просто так оба рода, что участвовали в той истории, лишились возможности появления потомства.- Элаида обречённо опустила голову.

- Слушай, ну что ты так... Ты же его пара. У него так и так потомства не будет. Или с тобой, или никак.- Миа развела руками.

А вот фраза, о возможности деторождения, меня царапнула. Я много уже слышала и знала об оборотнях. И пара... Пара, это вне категорий. Даже самый охамевший и разнузданный скот становится самым ласковым и самым заботливым, потому что безопасность и покой пары - превыше всего.

И конечно, потомство! Зверь, почувствовавший пару, сделавший свой выбор, всегда верен! Ни одно зелье не может добиться исключения. А значит, у канцлера действительно нет выбора.

Додумать эту мысль мне не дали девочки, вспомнившие про совет. Благо, что идти туда предстояло только мне, поэтому мне помогли надеть платье из тяжёлой парчи глубокого малахитового цвета и забрать волосы. Из украшений я выбрала родовые артефакты, уж больно хорошо над ними предки поработали.

 Зал совета. Овальный зал, посередине которого полукругом стоят столы. Немного подумав, я заняла место почти с самого конца получившегося крыла. Левая сторона шла вдоль стены, обшитой панелями темного дерева, а вот самый край, приходился как раз на монолитную стену.

Алиена многозначительно хмыкнув, указала мне на то, что я сама по себе, села так, чтобы максимально обезопасить спину. Ведь никто не знает, панели прикрывают камень кладки или потайной ход?

Ситуация по всем королевствам была удивительно похожа. Внезапные нападения, похищения детей и подростков, фактически методичное вырезание взрослых и отступление. Быстрое, словно заранее спланированное и подготовленное. А для народов, у которых такие проблемы с деторождением, потеря такого количества детей уже приближалась к катастрофе.

Проводить ритуалы вне определенного периода? Но это надо менять заклинание привязки, так как те маги при составлении самого заклинания опирались именно на период сразу после Гроз, и сработает ли сам ритуал как надо в случае таких изменений, никто предсказать не мог.

Более того, слишком много случаев, когда едва почувствовав связь проявившегося браслета, призывающие чувствовали смерть человечек. Значит, девушки, обнаружив такое украшение, вместо того, чтобы следовать по зову связи, просто накладывали на себя руки, лишь бы не попадать к оборотням или нагам.

Слишком много историй, слишком безрадостные подробности, слишком много жестокости и боли. Многие предпочитали уйти за грань, но не попадать в фактическое рабство. И таких оборванных связей становилось все больше с каждым призывом. Уходили наиболее подходящие, от которых можно было бы ждать самое сильное потомство, молодые, сильные, не давая призывающим и шанса, растворялись во времени, исчезали. Исчезали те, от кого зависело существование народов, что столь гордо именовали себя первыми.

Сам собой возник жаркий спор, стоит ли проводить ритуалы отборов. С одной стороны сезон гроз пришел слишком рано, всего более полугода прошло. Но, с другой, он все таки был. И возможность получить дополнительные брачные метки упускать не хотелось. Но и возможной паники среди человечек, которая могла привести к резкому скачку добровольно уходящих за перевал, тоже никто не желал.