– Нужно сделать еще одну попытку! – с уверенностью фанатика постановил бородач.

– Может, прервемся ненадолго? А то у всех уже ноги затекли, – внес предложение рыжий.

– У нас мало времени, мы должны…

Что они должны сделать, я так и не узнала, потому что из скрытого в темноте хода выбежал подросток лет четырнадцати.

– На храм напали! – прокричал он. – Отряд удерживает их у входа в долину, но их во много раз больше!

– Кто напал? – рыкнул лысый детина.

– Белые!

– Быстро к ущелью! – резко приказал седой и направился в коридор, из которого прибежал мальчик.

– Но как же… – растерялся бородач.

– Попробуем снова через пять лет, а пока будем рассчитывать только на свои силы, – спокойно и твердо заявил седой. Быстрым шагом он пересек комнату и нырнул в проход, трое мужчин без возражений двинулись за ним. В комнате остались только трое в серых халатах.

Ничего себе авторитет! Не угадала я с главным заводилой. Оказывается, тут седой отдает приказы. К слову, он совсем не старик, вполне молодой мужчина, только волосы почему-то совсем седые, прическа странная, и глядит сквозь длинную челку.

Интересно, что еще за белые, с которыми товарищи воюют? Что-то это мне напоминает? Белые, красные. Седой в роли Василия Иваныча воскрешает инопланетянку Анку на алтаре, а Петька… А который из них Петька? Наверное, все же невысокий крепыш. Не помню, чтобы Петька носил рыжую косу до пояса или меч-кладенец, так что остальные товарищи исключаются. Ну и сюр же мне снится! Что это за слет красноармейцев?

Пока я предавалась размышлениям, жрецы о чем-то тихо беседовали, но вдруг бородач повысил голос:

– …тогда мы не сможем хранить тело еще пять лет!

Оу! Так они хранили тело пять лет, неудивительно, что Анка позеленела! Видимо, заплесневела, бедная.

– Из-за того, что мы проводили ритуал три раза, в накопителях нет достаточно магии, чтобы ввести кокон Анотлии в состояние анабиоза, – пояснил второй жрец.

– Но я был уверен, что обряд в этот раз завершится удачно, мне сама Орния послала знак. Как же так? – в неверии прошептал бородач. – Откуда эти белые отродья узнали о храме?! Мы должны были попробовать еще раз, и тогда все бы получилось.

– Думаю, сейчас надо убрать тут все, вытащить накопители, а что делать с коконом, решим потом, – внес предложение второй жрец.

– Да-да, – покивал головой бородач. – Илай, отсоедини накопители.

Третий жрец, который, видимо, и был Илаем, поклонился бородачу и ушел из комнаты. И тут меня кто-то толкнул, причем так сильно, что я оказалась прямо над телом Анки. В этот момент я осознала, что чувствует металлическая бляшка, которая притягивается к огромному магниту: нет никакой возможности сопротивляться.

Резко вернулись все чувства: холодный и почему-то мокрый камень под спиной, воздух, раздувающий легкие. Сквозняк, ощущение затекшего тела, пересохший рот, мутноватый серый потолок над головой. Потолок с дырой посередине. Что это? Я в теле этого… этой Анки? Как такое возможно? Попыталась пошевелить ногами или руками, но тело не слушалось. Губы слиплись. Сон или все же не сон?

Тем временем жрецы о чем-то говорили, может, позвать их? С невероятным усилием я повернула голову и уставилась на спины в серых халатах. Бородач шагнул вперед, а второй жрец вдруг сделал какой-то жест рукой, прошипев абракадабру. В спину впереди идущего ударил белый шарик размером примерно с теннисный мяч. Бородач только и успел подставить вперед руки и упасть не на лицо, а на бок.

– Почему? – сипло выдохнул он. На длинную бороду, пузырясь на губах, текла кровь.

– Кокон Анотлии не должна заполнить душа – это приказ белого господина.

– Это ты нарушил призыв, вот почему… – каждое слово давалось бородачу с трудом.

– Да, я перенастроил накопители.

– Ты не уйдешь отсюда…

– Это избранные не уйдут, а я уже собрался, прощай!

С последним словом второй жрец по-особому опустил ладонь и резко выдохнул гортанное слово. Бородач вздрогнул и обмяк. От ужаса я замерла и даже не пыталась встать с алтаря. Ни во сне, ни в реальности при мне никогда никто не умирал и никого не убивали, тем более так близко.

– Учитель! – звонкий голос прозвучал за моей спиной. – Ах ты, мразь, ты убил его! Предатель! Подстилка белоголовых!

Жрец-убийца резко развернулся:

– А, Илай, я хотел уйти до того, как ты вернешься. Не хотелось бы тебя убивать, но теперь ничего не поделаешь…

Предатель взмахнул руками и выплюнул несколько коротких слов, сзади меня что-то грохнуло, все пространство вдруг озарила яркая вспышка. Ослепнув на секунду, я не увидела, куда исчез жрец, но, судя по звукам, основная борьба шла уже за алтарем. С трудом удалось повернуть голову, и моим глазам предстала завершающая картина боя. Илай, неловко подвернув под себя руку, лежал возле стены, а убийца, потирая глаза и слегка покачиваясь, медленно повернулся ко мне.