– …встает на уродливые костяки, – снова перебил Раинель, слегка улыбнувшись. – А я-то думаю, чем ты там в своей некромантской лаборатории занимаешься?

– Ах ты, падла ушастая! Ща я из тебя костяк сделаю!

Лоран вскочил, перепрыгнул через лежащего Уорна и хотел было схватить эльфа, но хихикающий Раинель ужом выкрутился из рук некроманта, ловко подставив последнему подножку. Однако Лоран уже поднаторел в разборках с побратимом, поэтому бросил магическую петлю, которая на излете зацепила сапог отбегавшего эльфа. Раинель споткнулся и мягко ушел в кувырок, оставив в петле правый сапог.

Амран и Уорн смотрели на представление, слегка посмеиваясь, они уже привыкли к постоянным перебранкам и шутливым потасовкам Лорана и Раинеля.

– Я смотрю, вы ожили, – слегка охрипшим голосом сказал Уорн.

– Как тут не оживешь? – Раинель попрыгал на одной ноге обратно к своей лежанке. – Лорана надо изолировать, совсем без женщин озверел, меня уже раздевает.

– Иди ко мне, душечка, – проникновенно-соблазнительно начал Лоран, покачивая сапогом.

Эльф недоверчиво посмотрел на некроманта, развалившегося у него на лежанке. Уши Раинеля, выдавая нервозность своего хозяина, оттопырились и слегка подрагивали.

– Хм… Лоран, иди-ка на свою лежанку.

– Только с тобой, мой тощий друг, ведь ты так напоминаешь мои любимые костяки, такой же угловатый, – влюбленно вещал Лоран, прижимая руки к сердцу. Учитывая то, что сапог при этом он не выпустил, смотрелась сцена весьма комично, – даже похрустываешь примерно так же.

Раинель понимал, что некромант задумал какую-то каверзу, но все равно решился подойти, под оставшимся сапогом захрустели камушки, Лоран не выдержал и захохотал.

Один из спящих воинов-келритов как-то злобно всхрапнул, и некромант заученным движением развел руки и выдохнул слово-ключ. Побратимов накрыло поле заглушки.

– Так мы никому не помешаем, – ухмыльнувшись, сказал Лоран и подмигнул недовольному Раинелю.

Эльф сел на лежанку рядом с некромантом и попробовал отобрать свой сапог, но не тут-то было.

– А как же поцелуй, мой ушастенький скелетончик? – надрывался некромант, шутливо пытаясь облобызать Раинеля. Эльф, не сдаваясь, сражался за обладание сапогом, одновременно уворачиваясь от любвеобильного Лорана.

Наконец, Раинель добыл сапог и с видом победителя надел его на ногу.

– Чем мне нравятся такие наши вылазки, так это тем, – заговорил Лоран, откинувшись назад и заложив руки за голову, – что тут можно побыть собой, подурачиться.

– Что, допекли тебя ученики, магистр-некромант? Надо быть серьезным, соответствовать статусу? – улыбнувшись, спросил Амран.

– Есть такое, а я не хочу. Вот сбежал в Черные горы, пойду спасать прекрасную деву из лап белых отродий… Надеюсь, что прекрасную. А то, может, прав Раинель и она страшна, как шхыр? А ведь это наша будущая жена! Как мы в таком случае супружеский долг будем исполнять? Ведь силы обретаются только после… – Лоран показал на пальцах после чего.

– А как же бахвальство о том, что у тебя всегда стои́т, даже травок не надо? – притворно удивился эльф. – Неужели все ложь?

– Нет, конечно! Это правда! Но неприятно, если она и вправду будет страшная, – тихо заключил некромант.

– Не боись, мы тебе глаза завяжем, если что, – обнадежил Раинель.

– Ты, главное, как завяжешь, сам подальше отойди, а то вдруг перепутаю?

– Пока ты перепутал только лежанки, – проворчал эльф, – давай-ка двигай на свою.

Лоран, потянувшись, легко встал и пошел к своему спальному месту.

– Амран, Уорн, а вы что молчите? Неужели вам все равно, какая она будет?

– Если бы важна была только внешность, сделали бы магическую куклу, но здесь важна душа, характер, совместимость, – Амран почесал наросты над ушами. – Это не значит, что внешность не важна совсем, но гораздо важнее внутреннее наполнение.

– Вот именно, – поддержал келрита Уорн, – представь, что попалась стерва, как леди Силиция, или капризная дура, как Лоритиэль.

Раинель в раздражении дернул ухом:

– Не надо про Лори. Может, она еще поумнеет.

– Сомневаюсь, – скептически заявил василиск, – но даже если так, если поумнеет, сколько этого ждать? Именно поэтому девушки, душа которых заполняет кокон, помнят свою прежнюю жизнь и достаточно зрелые, чтобы вступить в брак. Духовный комфорт и совместимость – это важнее красоты. Представьте самую умопомрачительную красотку с характером леди Силиции. И что?

– Не надо такого. Пусть просто не очень страшная будет, но не леди Силиция и не Лори. Я с ума сойду с такой женой, – передернулся Лоран. – Да, характер важнее… Но и красотку хотелось бы. С хорошим характером. Веселую.

– Хех, мечтать не вредно, – ухмыльнулся Раинель.

– Не вредно, а полезно. Может, раз у нее меняется тело, то и характер тоже поменяется? – начал рассуждать Лоран.

– Нет, разве что немного, – прокашлялся Амран, – а вот привычки могут поменяться.