Чувствовала себя при этом дичайше. Бросало то в жар, то в холод, хотя климакс уже года два как закончился! Гормоны будто пробудились ото сна! Давно они меня так не таскали по закоулкам мира чувств и ощущений.

Когда с застёжкой было покончено, я постаралась побыстрее отойти от Дария. То, с каким облегчением он выдохнул, постаралась проигнорировать. Видимо, заработал кулончик загадочного мастера Грегори. Вон, даже учитель танцев со своим помощником приуныли. Моё тепло успешно приглушил магический аксессуар.

– Бабушка, класиво?

– Очень, родная. А мне идёт?

– Очень! Мы как плинцессы!

– Точно! – Я погладила Агату по щёчке.

– Артефакты работают, – никуда не спеша, уведомил Дарий.

– Большое спасибо за вашу заботу, – поблагодарила я, ещё раз распрямляя подол зелёного платья.

Дарий смотрел с умилением на меня, а я старалась не морщиться… и вообще стараться воспринимать этот атавизм придворного прошлого моего мира, как нечто обыденное. Кто-то подумает, что я нос ворочу, но… Мне реально это претило! Большая часть моей жизни прошла в условиях свободного существования. Я жила среднестатистическим мальком в спокойном течении среднего класса, с элитой фактически не сталкивалась, видя богатеев и их мажористых детей только в новостях и на страницах жёлтой прессы. Ею моя бабушка любила печь топить в своей деревне. Мама, конечно, здорово выделялась из всей семьи своим образованием и творческой натурой, но даже она не поняла бы эти реверансы!

– Я смотрю, вы за сутки постигли многое из этикета нашего мира, – хмыкнул дракон. – Теперь вас не отличить от обычных дракониц…

«М-да… Это был комплимент? Наверное, он».

Бабушка Дария закашлялась, намекая своему остолопу-внуку, что никакой женщине подобное сравнение по душе не придётся.

Я же просто пыталась держать лицо.

«С какой вообще стати я должна быть для него особенной? – одёргивала сама себя, натужно изображая улыбку. – Подумаешь, понравилось ему, как я играю! Это ещё ничего не значит! И вообще! Что началось-то?! Зачем вообще стала думать о нём и себе в таком русле?!»

– Благодарю, ваша Светлость.

– Надеюсь, почтенные драконы не сильно насели на вас с науками?

– Всё в рамках способностей леди Таис, – ответил вместо меня учитель танцев, с удовольствием присоединяясь к нашей беседе. – Ваши родственницы тянутся к знаниям, как лепестки леотии к сайнсу.

Сайнс – это «солнце» по-нашему. Так на Уграсе называли небесное светило. Как я это узнала? Просто! Сегодня утром сказала: «Какое чистое небо! Солнце прямо слепит!», а с губ сорвалось «сайнс прямо светит». Вот такая языковая портальная перестройка!

Здорово то, что такая автоподмена работала в две стороны! Вот, как например, сейчас. Учитель Боин сказал «лепестки леотии», а в голове у меня перещёлкнуло на «подсолнечник». Это обещало в будущем круто облегчить нам с Агатой жизнь!

«А с артефактами нас вообще теперь не отличить от уграсанок! Дарий прав!»

Дарий с удовольствием слушал о наших успехах, улыбаясь в большей степени раскрасневшейся от похвалы Агате.

Я стояла молча и думала.

Когда леди Аннет перешла к докладу о состоянии Эвана, к которому она без меня, слава Богу, наведывалась эти сутки, Агата принялась широко зевать.

– Простите нас… кое-кому пора в кроватку.

Дарий на меня так странно посмотрел. Видимо, не сразу понял, что я о своей внучке говорю.

– У Агаты режим.

Наблюдать, как у молодого генерала краснеют щёки, было тем ещё удовольствием! Я простила ему все реверансы и глупый комплимент.

– Да, конечно, – кивнул Дарий, нервно дёрнув уголком губ. – Спокойной вам ночи.

Я с облегчением выдохнула, следом за Агатой влетая в персиковые покои.

Пока Бриана помогала внучке раздеться для купания (девочки очень хорошо поладили!), я меряла комнату шагами, не понимая своих растрёпанных эмоций.

Потом плюнула на всё и ушла за ширму снимать кружевное платье.

«Что будет, то и будет!»

Опрометчивая мысль, как на мой вкус. Зачем я её себе позволила?

Утром случилось то, что эта мысль повлекла за собой.

В особняк прибыла мать Дария – леди Рагим!