- Ты же спасаешь мир, - подойдя к нему, я положила руки на широкую мужскую грудь. – Как я могу отвлекать тебя от столь важного занятия своими глупостями? К тому же, не хотела портить сюрприз, - мурлыкала я, нежась в невесомых объятиях. Дэйрон смотрел на меня с такой теплотой и нежностью, что в животе запорхали бабочки. Не нужно никаких признаний и заверений в любви и верности, когда мужчина смотрит на меня, как на самый прекрасный цветок в этом мире.

- Спасаю мир? – глухо удивился он. – Народ говорит, что я своих же созданий укрощаю. Они – из Тьмы, и в моих венах течет Тьма.

- Свои на своих не нападают, - туманно намекнула на Гарда. – А народ…пусть болтает. Главное, что власть твою признают, боятся тебя и уважают.

- Алекс, - уперся своим широким лбом в мой, будто искал поддержки. – Моя Алессандра… - короткий поцелуй в макушку, а затем Дэйрон очень удивил меня. – У меня есть для тебя кое-что, - опустил руку в карман и достал оттуда небольшую коробочку. – В моем роду живых женщин до тебя не было… - начал он, а у меня сердце в груди ёкнуло. – Как ты понимаешь, никаких традиций и женских фамильных драгоценностей у рода Тьмы нет. Поэтому я решил, что правильно будет… - открыв коробочку, Князь достал изящное женское колечко в виде цветка. Лепестки украшены мелкими камешками, сверкающими ярким голубоватым светом. Я в драгоценностях разбираюсь как свинья в апельсинах, но эти камни показались мне странными, будто неземными. Они преломляли свет так, что он превращался в нечто чарующее и прекрасное. – Это кольцо принадлежало моей матери – принцессе Северного царства. Теперь оно должно перейти тебе, - улыбнулся Дэйрон.

Он взял меня за руку и надел кольцо на правый безымянный палец. Оно село как влитое, будто изготовлено специально для меня.

- Я даже не знаю, что сказать, - растерянно прошептала я, разглядывая это немыслимое украшение. Было в нем что-то величественное и прекрасное. Не то неземное сияние, не то форма цветка, который не напоминал ни один из тех, что я знала. Мне вспомнилась Айри, с ног до головы обвешанная драгоценностями. У меня появилось стойкое понимание того, что одно это кольцо для Дэйрона дороже, чем вся казна его замка. – А где твоя мать?

Надеюсь, она не против того, что ее сын отдал мне ее кольцо?

- Она умерла через несколько дней после моего рождения, - грустно улыбнулся Дэйрон. – Родильная горячка. Впрочем, я думаю, она сама не стремилась остаться на этом свете.

- Почему? – вырвалось у меня.

- Моя мать – принцесса по праву крови, Алекс, - сообщил Князь. – Разве ты не знала? – удивился он. – Мой покойный отец похитил ее из родного королевства.

- Как? – распахнула глаза я.

- Вот так, - криво усмехнулся Дэйрон. С его лица не сходила болезненная улыбка, за которой таилась страшная грусть и боль. – Отец любил собирать в своем гареме самых красивых женщин, а о красоте младшей принцессы Северного королевства говорили на каждом балу в столице. Отец прислал ей приглашение к своему двору, но получил грубый отказ от короля. Тогда он похитил ее. Приказал лучшим своим шпионам доставить к нему принцессу, и сразу сделал ее наложницей.

- И это стерпели?! – не выдержала я. Да после столь наглого поступка отца Дэйрона должны были публично казнить! Он ведь даже не глава страны!

- Король Севера начал готовиться к войне. Он был вне себя. Император Света пришел к моему отцу со своим войском и потребовал вернуть девушку, чтобы избежать войны. Отец…он был очень волевым человеком. Заверил Императора, что готов взять все тяготы войны на себя, и не солгал. Когда северное войско подошло к границе, их встретила армия Тьмы.

- Тархи? – нахмурилась я. Странное словосочетание выбрал Дэйрон, я не поняла его значение.

- Не совсем, - туманно пояснил он. – Но что-то близкое к тому. Бой еще не начался, а в войске короля начались волнения и массовое дезертирство. Солдаты не сомневались в своей смерти, и не желали погибать ради девчонки. Король Севера отступил… А через девять месяцев появился я, - хрипло произнес Дэй. Я прильнула к нему и обняла Князя. – Как видишь, я с рождения отбираю жизни невинных женщин.

- Перестань, - простонала я. Невыносимо, что в случившемся винит себя он, самый невиновный в той ситуации! – Тут нет твоей вины. Уж если кто и должен отвечать, так это твой отец, - безапелляционно заявила я.

- Тебе повезло, что он мертв. Услышь он твои слова, и немедленно бросил бы тебя на съедение тархам, - мрачно хохотнул Дэй. – Он никогда не раскаивался в том, что сделал. Каждый год в день ее смерти посещал могилу и проводил там долгое время один.