— Да нет, поняла, — бутыль (хорошо, что не откупоренная), совершая вращательные движения, направилась в сторону его головы.

Ян ловко увернулся от снаряда и тот угодил прямо на шёлковые простыни, смяв их и пустив по ним волну.

— Сговорились с Ольшанским о браке?! — зелёные глаза прожгли насквозь. — Оба подписали договор о помолвке? Вот и женитесь друг на друге! — плетёная хлебница сорвалась со стола и, совершив головокружительный манёвр вокруг спинки стула, шляпой приземлилась на голову Яна.

— Вам к лицу, — Валерия встала из-за стола и направилась к выходу. — На свадьбу пригласить не забудьте.

Глава 30. Вторая часть Марлезонского балета

Глава 30. Вторая часть Марлезонского балета

Валерия выскочила за дверь и быстрым шагом пошла по коридору. Ей нельзя было дальше оставаться в номере один на один с Тоцким. Задержись она там хоть на минуту — и не факт, что пострадала бы только посуда. Магия вышла из-под контроля и не поддавалась усмирению никакими известными Лере способами. А ведь в последнее время ей казалось, что у неё прекрасно получается управлять своим даром. Как бы ни выводили её из себя некоторые личности, типа въедливой Фрекен Бок, всегда удавалась быстро подавить вызванную раздражением и гневом магическую волну и не дать магическому заряду сконцентрироваться на кончиках пальцев.

Но не в этот раз. Она догадывалась, в чём причина. В Тоцком, конечно. Только он так мастерски умел выводить её из себя. Когда он заикнулся о помолвке, её словно током ударило. Сразу вспомнились слова Ольшанского, произнесённые во время их первой встречи, о том, что Валерия обручена. Ей тогда это заявление показалось полным бредом. Как можно кого-то обручить заочно? Она и думать об этом забыла — других проблем хватало. И только сегодня после слов Тоцкого о помолвке ей довелось осознать всю глубину возмутительной подставы, а заодно и узнать, кто же этот таинственный жених-самоубийца.

Насчёт Ольшанского — всё понятно. Мутная личность с пещерным менталитетом. Но Тоцкий? От него она подобного не ожидала. Состряпали сомнительную сделку за её спиной, сосватали Валерию без её ведома, при этом Тоцкий ещё и молчал как партизан. Они же виделись по десять раз на дню, чего же он её не обрадовал «замечательной» новостью? Ждал подходящего момента? Такого как сегодня — чтобы ужин, свечи, кровать? Вот эта кровать злила Леру больше всего. То есть Тоцкий, зараза, настолько уверен в своей неотразимости, что решил — Валерия не устоит? Больше всего раздражало, что он действительно дьявольски привлекательный и заводит Леру, если рассматривать его с чисто физиологической точки зрения. И почему природа наградила таким адовым мужским магнетизмом такого коварного дьявола?!

Все эти сложные эмоции, градус которых зашкаливал, и вызвали неконтролируемую вспышку магии. Спасение было одно — сбежать подальше от Тоцкого, пока он цел. Пусть радуется, что отделался хлебницей на голове и цветком за ухом. Женишок! Не дай бог ещё раз заикнётся об этом!

Валерия спустилась вниз по первой же попавшейся лестнице. Потом прошла несколькими коридорами, постепенно успокаиваясь и пытаясь припомнить, какой дорогой вёл их Анджей. Ей главное выбраться в холл первого этажа, а там она сориентируется, как найти зал, в котором проходит студенческая вечеринка. Но, вообще-то, у неё уже закралось сомнение — в этом ли клубе собрались одногруппники? Тот, кто срежиссировал сегодняшнюю подставу явно продумал всё до мелочей и обеспечил отсутствие свидетелей.

Чем дольше Валерия плутала по лестницам и коридорам, тем больше убеждалась, что одногруппников она здесь не найдёт. Кругом было пусто — даже обслуги не видать. Ей начало казаться, что она ходит кругами по одним и тем же местам. Ну и запутанная архитектура! В конце концов, она решила действовать логически. Если хочет попасть на первый этаж, ей нужно спускаться вниз, всякий раз, когда видит хоть какую-то лестницу. Тактика помогла ей выйти в просторный холл. Вот только он был скорее похож на подвал, чем на вестибюль. Никакой дорогой облицовки стен, какой могли похвастаться другие помещения, ни зелени, ни мебели. Только несколько дверей, ведущих непонятно куда, тоже не отличавшихся изысканностью. И вдобавок ко всему — полумрак, Валерия посмотрела по сторонам, решая, что делать, как вдруг заметила вдалеке тень…

Ян проводил взглядом выскочившую за дверь Валерию и послал серию мысленных проклятий в адрес Анджея с его неуклюжей услугой. Ещё более забористых комплиментов был удостоен Ольшанский. Ян догадывался, что это его инициатива и его режиссура. А отдуваться Яну.

Он машинально поднял с пола тарелки, чтобы вернуть их на стол. Проходя мимо зеркала, невольно усмехнулся. Цветок, торчащий из-за уха, корзинка, будто соломенная шляпа на голове — просто первый парень на деревне. «Ты ещё легко отделался, пастушок», — заверил он своё отражение в зеркале, вспоминая минувшее побоище. Повезло, что соусницы и супница в ход не пошли. Ох и дар у чертовки!